Иррационариум. Толкование нереальности

Не пойму, че с этим делать? Глянешь?

– Хочешь знать, че делать, Славик?

Дмитрий непонимающе посмотрел на приятеля, но вдруг улыбнулся и, подмигнув, предложил:

– Застрели его. Скажешь, пытался оказать сопротивление, угрожал топором.

– Ты чё? Это бухгалтерша, баба.

– Значит, бухгалтерша угрожала топором. Слышишь, Славик, оставь ты меня в покое. Не до тебя, извини.

Савелий пожал плечами и, буркнув: «Я тогда позже…» – вышел.

А потом вдруг звонит начальство и загадочно сообщает:

– Ты, Дима, что-то там насчет отпуска спрашивал.

Так вот, пиши заявление с завтрашнего дня на июль-месяц. Ты в последнее время потрудился… Контузия там твоя… В общем – пиши.

– Это приказ, товарищ подполковник?

Шеф промямлил что-то, а потом добавил вполне разборчиво:

– Если тебе так понятнее, то приказ.

– Слушаюсь, товарищ подполковник.

– Да ладно тебе… Я сказал – ты делай. Всё.

По дороге домой широко и ясно думалось, что неплохо бы прихватить на рандеву с Гераклом зубную пасту, щетку, мыло и папирос, побольше папирос, пачек десять; военный билет, а паспорт и «корочку» спрятать, заныкать, лучше закопать во дворе.

А там скажу, что потерял по собственной халатности, пусть штрафуют. А этих гадов, скажу, в глаза не видел. Вот стоял, гражданин начальник, за столиком, а этих в упор не разглядел. Всю ночь на ногах, возьмите в разумение, водки бутылку употребил, на жаре, с пивом. Ночью же был дома, на звонки, если были, – хоть в дверь, хоть куда – не отвечал, потому что не слышал, спал мертвецки. Не поможет. А что поможет?

«Мы все спешим за чудесами. Но нет чудесней ничего, чем та земля под небесами…» Вот привязалась, зараза, целый день крутится – «над крышкой гроба, над крышкой гроба…» Чтоб вас всех!

Дома ничего собирать в дорогу, разумеется, не стал. Позвал в окно Тимку. Тот, предвкушая трапезу, живо объявился на кухне. «Мур-р», – энергично произнес Тимур, в смысле «че хавать будем, хозяин?». Дмитрий сгреб кота в охапку и понес к соседке.

У соседки-пенсионерки он оставлял кота, когда уезжал в январе в отпуск.

– Зинаида Германовна, приютите моего бродягу.

– Конечно, Димочка, конечно. Вы же знаете – мы с Тимошей в прекрасных отношениях.

– Дело в том, что я в командировку. Скорее, что длительную. Возьмите пятьдесят рублей, если не хватит, я еще вышлю.

– Да-да, разумеется… Я поняла, – растерялась соседка.

Дмитрия она уважала, само соседство с офицером милиции вносило спокойствие в жизнь Зинаиды Германовны.

– Ну, вот и спасибо.