Рог Роланда

 – Но вы, кажется, преувеличиваете. Вряд ли нашелся в средние века монах, который переписал «Песнь о Роланде» лишь для того, чтобы главным героем сделать Тьедри д'Анжу. Это для средневековых монахов чересчур мудрено.

– Так только кажется, они были не глупее нас с вами, – возразила Алиска. – Вот вы скажите – кого из героев «Песни» этот самый Турольдус описал подробнее всех? Единственного? Чей портрет нарисовал?

– Тьедри, – сразу поняв, к чему девушка клонит, отвечал Каменев. Хотя на ум пришли смешные слова – всех доблестных рыцарей, включая Гвенелона, неизвестный автор хвалил одинаково: «широкобедр и статен».

– Не Роланда, не Оливьера, не Карла! Карл вообще там только и делает, что рыдает и рвет свою седую бороду! – Алиска не могла скрыть возмущения. – Не Брамимонды!…

«Сарацинская королева?…» – спросил себя Каменев, но не вслух.

– А только Тьедри д'Анжу! Вот, вот, тут…

И лицо девушки преобразилось. Она заговорила нараспев, подчеркивая чеканку ритма и возвышенность стиля:

– Увидел Карл, что всеми он покинут.

«О, горе мне!» – воскликнул он в печали,

Поник челом; к нему Тьедри подходит —

Джефрейта брат, анжуйского владыки. —

Был смугл лицом Тьедри, он худ и тонок,

И невысок, но строен и проворен,

И волоса его черны!…

Алиска торжествующе замолчала.

– Пусть так, – и Каменев покачал крупной головой. – Но мы, кажется, отвлеклись от темы. Простите, забыл – на каком вы курсе?

– На четвертом. Если вы меня возьмете на полставки, это учебе не помешает.

Я знаю, какой у вас график – с семи до часа ночи, потом с часа до семи утра. А у нас лекции два раза в неделю с половины девятого, три раза в неделю вообще с половины первого!

– Ну, что же… Говорите вы убедительно. Я даже заслушался, – Каменев усмехнулся, встал и вышел из-за стола. – «Песнь о Роланде» – тема вашей курсовой?

Алиска помотала головой.

– Я возьму вас сперва на месяц. Мы не можем брать без испытательного срока.

– Это я понимаю.

– Но вы не думайте, что это такая уж романтичная работа.

Грязи наслушаетесь, пошлости, истерик…

– Я знаю. Но мне это нужно для дипломной.

– Что – истерики?!?

– И они тоже. У меня такая тема!…

Тут Каменев вздрогнул – время было позднее, его ждали дома, а увлеченная студентка могла опять усадить его в кресло и начать речь куда длиннее той, что про горестную судьбу Роланда.

Алиска все поняла.

– Так когда мне выходить? – осторожно спросила она.