Человек в исламе

Мы знаем, что невежда не создаёт мудрое творение, и потому называем Его «Мудрым». Мы знаем, что мёртвый не создаёт жизни, и потому называем Его «Живым». Мы знаем, что незнающий не создаёт знания, и потому называем Его «Знающим». И мы знаем, что тот, кого нет, не может создать бытие, а потому мы говорим, что Он – есть.

Иначе говоря, мы знаем, что Он – добр, потому что Его действия добры, а действия недоброго не бывают добрыми. Мы знаем, что Он мудр, потому что Его действия мудры, а действия немудрого не могут быть мудрыми.

И так далее… Но то, каков Он Сам по Себе, мы не знаем. Все атрибуты, сифаты – это Его понимание нами через Его действия и результат этих действий.

Это подобно тому, как «стоящий» или «сидящий» – это проявление такого-то человека (Зейда) через его действие. И если ты хочешь познать этого человека, ты должен познать его действия, такие как «стоящий», «пишущий», «смотрящий», «говорящий». И данный человек (Зейд) – это есть то, что проявлено для тебя из этих действий и атрибутов.

Однако всё это не есть он сам, по своей сущности.

А потому творение в перспективе Единобожия идёт не к ничто, как пытается убедить нас Дугин, а возвращается к своему пределу – к воле Всевышнего. Оно онтологически упирается не в ничто, а в огонь и свет машийи Творца, которая есть не что иное, как совокупность Его действий. Это – его исток, его предел и его возврат.

Говоря обо всём этом иными словами: Творец проявил Себя для творений не Своей сущностью, а через сами же эти творения.

А потому для этих творений нет ничего более явного и очевидного, чем Он. Как сказал Имам Али (А): «Не постигают Его мысли, но Он проявился для них через них»[62 - «Нахдж уль-балага», том 2, С. 115.].

Всё это означает, что данный язык не подходит для описания Единобожия. Авраамическое Единобожие, религия Авраама, Исаака, Иакова, Мухаммада, Али, Хусейна и Махди (мир им всем) – это не манифестационизм и не креационизм. Её нельзя втиснуть в такие узкие рамки.

Почему? Да потому что, как мы уже сказали, в подлинном Единобожии Творец более явен, более «манифестирован» для творений, чем верховное божество в так называемом «манифестационизме». «Он ближе к вам, чем подъяремная вена» (50: 16). И в то же самое время Он бесконечно далёк от этого творения.

А потому мы не должны играть в эти игры, нам следует отбросить язык этих примитивных классификаций и понять, что о Творце можно говорить только языком парадоксов.