Человек в исламе

Мысли сами мыслят себя, действия сами действуют…

В других частях этого цикла мы еще будем говорить о состояниях безумия и шизофрении, об истоках этой загадочной болезни.

Пока что для нас важно следующее. Как мы сказали, в нас есть некое высшее сверхчеловеческое начало, световой столб, лазерный луч, который мы называем рухом, «духом». За счет этого начала мы, почти никогда об этом не задумываясь, способны снять любое содержание нашего сознания, тем самым дистанцировав себя от самих себя.

Только человек может сказать: «Я знаю, что я есть». Более того, он в состоянии сказать и «я знаю, что я знаю, что я есть»… «Поверх» душевного потока выстраивается самосознающий и координирующий центр, который вмешивается в его течение и позволяет менять его направление по желанию личности. Животное полностью лишено подобной способности, потому что «вписано» в окружающую среду; оно «всегда здесь и теперь», составляя единство с внешним миром, один комплекс с ним (из-за этого у него нет и мира внутреннего). Напротив, для человека любая реальность выступает как лишь проявление неограниченного поля Возможности, образованного способностью отрицания. Мы отделены от мира и от самих себя – и это наша главная особенность.

А потому у человека есть такие вещи, как «пространство» и «время». Он открыт к тому, что лежит за горизонтом его чувственного восприятия – и потому ему знакома такая вещь, как абстрактное пространство, – и к тому, что ещё не наступило, т.

е. будущему – и поэтому у него есть нечто такое, как время. Ведь было бы наивно, как это делает обыденное сознание, считать пространство и время категориями «самой реальности». Ни из какой рядоположенности предметов и ни из какого чередования событий самих по себе невозможно абстрагировать «пустые» формы пространства и времени, которые мы носим с собой, как черепаха свой панцирь, помещая в их координаты всё то, что встречается и воспринимается нами. У животного нет таких форм: оно видит предметы и сознаёт процессы, но не в состоянии «отделить» то и другое от себя самого, ибо не может подняться в самосознании «над» собой, подвергнуть себя и свои внутренние состояния негации, отрицанию. Оно слито с миром и самим собой; человек же одной своей половиной принимает мир и себя, а другой – отрицает то и другое. Он одновременно «здесь и там», «по эту» и «по ту сторону».