Избранные статьи. Том II

Для руководства чтением использовались библиографические списки и критические статьи. В «Предуведомлении» В. С. Сопикова к «Опыту российской библиографии» (1813 г.) прослеживается мысль о рекомендательной библиографии, которая должна оказывать помощь тем читателям, которые тянулись к знаниям, культуре, самообразованию. В. Г. Анастасевич, придерживаясь аналогичных взглядов, отмечал, что библиография – это наука, которая содержит «премногие пользы и выгоды не только для посвятивших себя ученому состоянию», но «как путеводительница и наставница в выборе оных» (12, c.

166).

Библиотекари осознавали необходимость изучения читателей. Так, А. Н. Оленин в отчете Петербургской публичной библиотеки за 1817 г. отмечал, что сведения о читателях и книговыдаче позволяют судить о том, каким группам читателей служит библиотека, каковы их запросы и насколько библиотека удовлетворяет их требования. В результате рецензирования отчетов библиотеки за 1854, 1857 и 1858 гг. Н. Г. Чернышевский и Н. А.

Добролюбов на страницах «Современника» писали, что в отчетах «несравненно полнее» стала даваться характеристика читателей и анализироваться книговыдача» (12, c. 163).

В первой четверти ХIХ в. появилась идея дифференцированного обслуживания читателей. Ее предложил В. И. Собольщиков в результате ознакомления с библиотекой Британского музея. Он высказывался против сосредоточения всех читателей в одном зале, где одновременно занималось до 300 человек. Отсутствие дифференцированного обслуживания читателей В.

И. Собольщиков наблюдал и в зарубежных библиотеках ряда стран – Германии, Франции, Бельгии, Англии и Австро-Венгрии.

Прогрессивные идеи в развитии библиотечной деятельности не находили поддержки со стороны царского правительства. Ю. В. Григорьев отмечал, что «правильным идеям» в области работы с читателями «противостояла политика царизма, стремление если не закрыть вообще доступ в библиотеки широким слоям народа, то по возможности ограничить использование их фондов (12, c.

166). Ю. Н. Столяров, углубляя этот вывод, показывает, что эта политика имела своих апологетов и называет директора Императорской Публичной библиотеки А. Н. Оленина, который требовал от подчиненных ее проведения. Эта политика была направлена на всемерное ограждение читателей не только от мистических и антинаучных произведений, что вполне правомерно, но и от актуальной и художественной литературы. По его указанию, В. С. Сопиков и И.А.