Троянский кот

С Гильомом ведь что получилось? Обклеила ему тетка Туанетта нужные места пластырями, и отправился он со своей браконьерской свитой приема у королевы Мабиллы добиваться. Более всего шуму произвел капеллан Антониус с родовыми грамотами. И королева согласилась-таки, из уважения к грамотам, принять Гильома – да только на следующий день.

Потому и было особенно важно, чтобы, во?первых, Амьель Мабиллу хоть на сей раз как должно ублаготворил, а во?вторых, исхитриться, чтобы Гильом лишился способности дам ублаготворять хотя бы недельки на две.

Иными словами – Жалобному Магу следовало разом и в королевской опочивальне на лютне играть, и в покоях, отведенных Гильому, – дабы хоть кого из свиты разжалобить, чтобы пропустил Изору туда, где она могла бессильным зельем еду или питье леснику подсластить.

Королевский дворец состоял из уцелевших помещений старого замка – двух круглых толстых башен с немалым залом между ними, и из новых строений – трехэтажных крыльев, примыкавших к старинному залу и расходившихся от него к югу и к востоку.

Королева и ее родня занимали новые, более удобные помещения – так что Гильома вселили в одну из башен, чем он был очень доволен.

– А теперь, тетка Туанетта, сядем-ка мы в засаду! – весело сказал он.

Будучи лесником, которому вменялось и дичь для господского стола, и браконьеров выслеживать, в засадах знал он толк. И потому, ожидая незваных гостей, учел всё – даже то, что в башню, скорее всего, потайной ход открывается.

Дверь в покои лесника Гильома нарочно была оставлена приоткрытой – чтобы слышать всё, что в длинном, к королевским апартаментам ведущем коридоре деется.

Ибо ожидать можно было чего угодно – от нападения латников до тончайшей магии. С латниками всё было ясно – лесник и браконьеры их бы за версту услыхали, а вот магию худо-бедно могли уловить только двое – мастер Жербер и тетка Туанетта.

У окошка встал на караул отшельник, сделав так, что образ его полностью слился со стенкой. А у дверей села со свечкой да с вязаньем повитуха. Прочие же легли как пришлось – да и задремали.

Ближе к полуночи Туанетта уловила приближение даже не голосов, а скорее дыхания…

Она встала, выглянула – и увидела Жалобного Мага.

Он стоял один посреди коридора, как бы в растерянности, и растерянность эту Туанетта прекрасно знала – Жалобный Маг был приучен к тому, чтобы его вела женская рука. Долгонько она не видела это диво – и хотя знала, что волнение от встречи будет бурным, но не ожидала, что руки-ноги отнимутся.