Пешки против игроков

А ведь правильно! Нет смысла бороться с Башней и Стражами – они всего лишь исполняют свои роли. Надо придумать хороший план, как добраться до Игроков. Конечно, можно пройти всю Доску и надеяться, что на последней Клетке ты станешь фигурой и, вероятно, как раз сможешь обратиться к Игрокам напрямую. А если нет? Если так и погибнешь, будучи пешкой? Я схватила кружку с травяным чаем и осушила её до конца. Все пешки пройдут этот путь поодиночке. Все. Пешки. И у меня не будет возможности узнать, получили ли Ройк и Ауфена ответы на свои вопросы.

Они будут сражаться на других Клетках…

Мне снова вспомнились рассуждения Ройка:

– Я так подумал, мы с тобой необычные пешки.

– И Ауфена тоже, – вставила я.

– И Ауфена, – согласился Ройк, – раз прибежала следом за тобой меня спасать… Так вот, я что хотел сказать: мы необычные, потому что никто, кроме нас, обо всём этом не думает. Ты видела других пешек? Ходят, послушно всё делают, живут по правилам. Потом выйдут из Башни и отправятся бесславно помирать на Клетках…

– А может, и будет у них слава, – я пожала плечами.

 – Если станут фигурами и блестяще себя проявят. Мне Голос говорил: те, кто сражался с особой доблестью, навеки останутся в истории. Их слава не меркнет, и пример тому – Первый Волшебник.

– Да это разве слава! – возмутился Ройк. – Вот если такие, как мы, бунт устроят против этого, как его, механизма Игры, тогда история нас не забудет!

Я хмыкнула. Бунт… Неплохая идея, но как её осуществить? Конечно, Ройк был прав – мы необычные пешки, только что это нам даёт?

По дороге из столовой мне попалась Ауфена, и я шепнула ей, чтобы пришла ночью – поговорим, мол.

Она кивнула.

Занятия отвлекли меня от забот. Стоя посреди очередного леса с копией Жемчужного Жезла в руке, я и думать забыла о серебристых перьях и неразрешённых вопросах. Да и как тут не забыть, когда на тебя из леса надвигались, рыча, три огромных чудища! По виду они казались сотворёнными из серого камня – и удивительно похожими на Башню. Даже какие-то растения вились вдоль массивных тел.

Если бы Башня оказалась живой, я с полной уверенностью сказала бы, что у неё есть мрачноватое чувство юмора. Ведь тогда она бы чувствовала неприязнь, порой исходящую от пешек. И нарочно сделала бы этих чудищ такими похожими на себя – чтобы хоть в иллюзиях мы могли поколотить Башню!

Сообщение прервало мои неуместные раздумья:

Приготовься к бою!

Жемчужный Жезл может выпустить десять жемчужных искр за один ход.