Ваша справедливость мертва

 – Кто-то из твоих подопечных решил улететь, будущий Белый Наставник!

Лэннери оглянулся и узнал Ретане; под покровом густой, бархатной тьмы фея собиралась в город. У Лэннери не было сомнений в том, куда она направляется – он знал, что Мэйсин вместе со своими друзьями заночевала на постоялом дворе. А убитых в таверне людей будут хоронить на местном кладбище завтра утром. Вероятно, Ретане хотела поддержать Мэйсин, пусть та её об этом и не просила.

– Вынужден вас покинуть. Благодарю за увлекательную историю, – церемонно сказал Лэннери Зейнерану.

В несколько взмахов крыла догнал золотую фею и полетел рядом:

– Погоди, Ретане, тебе нельзя лететь одной! После того, что случилось в таверне!

– Именно поэтому мне и надо лететь к Мэйсин, – Ретане покосилась на него, и голос её звучал так, словно Лэннери – досадная преграда на пути и ничто больше. – Знаешь же, как люди беспомощны!

Лэннери подумал и ухватил её за руку, останавливая:

– Ретане, жизнь любой феи ценнее, чем жизнь десяти простых смертных.

Глаза собеседницы широко распахнулись от негодования:

– Ты как Торнстед!..

– Неправда, – Лэннери старался вести себя как можно хладнокровнее. – Я говорю, как есть. Если погибнут Мэйсин и её компания, Звёзды будут сиять, как прежде. Если умрёшь ты, на лике Золотой появится ещё одна трещина. А затем другая, третья – и мрак накроет не только нас, но и людей, которых ты так любишь. Подумай об этом, Ретане. Ты же неглупая, верно? – прибавил он, надеясь, что доводы разума возьмут над ней верх.

Опустив голову, Ретане еле слышно прошептала:

– Я никогда не хотела быть феей. Среди людей мне лучше.

– Тебя выбрала Кэаль. У тебя предназначение и звёздный дар, – Лэннери заметил, что она, бедняжка, и вырваться не пыталась. На её месте Беатия, пожалуй, ткнула бы его палочкой и разразилась какой-нибудь обидной тирадой, а Ретане напоминала кроткую овечку. Но это именно она упорно преследовала человеческую девушку, наплевав на её чувства.

Видимо, всё дело в силе, которой недоставало Мэйсин. Ретане могла настаивать на своём только с теми, кого считала слабее. И придя к этому выводу, Лэннери почувствовал нечто сродни презрению.

А Ретане тем временем всхлипнула:

– Пусть бы забрали этот дар! Я хочу сопровождать Мэйсин в Университет! Она призналась мне… что не хочет быть со мной, потому что я фея! Она боится гнева Кэаль за такую дружбу!

Лэннери сильно сомневался, что дело только в этом.