Тень чёрного дерева нейге

Иначе она станет лёгкой добычей для него!

Услышав это, Ксилина разволновалась ещё сильнее – одно дело самой думать, что Лэннери мог навредить Беа, желая спасти её, а другое – услышать, что Карисена тоже этого боится. Лэннери подозревал, что собеседница едва удержалась от обвинений в его сторону.

Так или иначе, Беатия не покинула Школу Золотой Звезды, а маленький отряд фей вот уже второй день был в пути. Дергилай молчал, тревожно посматривая вниз, где снег прятал под своим покрывалом обгорелые крыши домов или бесплодные поля.

Ксилина не сводила глаз со свитка – магия в нём до сих пор была жива, а значит, Золотая Наставница научилась создавать долговременные заклинания поиска.

Лэннери уже хотел распорядиться об отдыхе, когда Дергилай хлопнул его по плечу:

– Смотри! – И указал на дерево, покрытое… шевелящимся снегом. У Лэннери от такого невиданного зрелища даже рот открылся; затем, ощутив едва заметный, гнилостный запах чёрной магии, юный фей нахмурился:

– Это не снег!

«Снежинки» вспорхнули одновременно, оставив дерево голым, с беспомощно вскинутыми, как руки, почерневшими ветвями, и жужжащей стаей окружили замерших в воздухе фей.

Ксилина ахнула, но успела ухватить свиток с заклинанием поиска за край. Лэннери вскинул палочку и услышал негромкое: «Белые мухи!» со стороны Дергилая. После чего враги бросились в атаку.

Мух было невообразимо много. Взгляд Лэннери, казалось, сузился до пространства, в котором был он – и толпа жужжащих, взмахивающих прозрачными крыльями существ.

У каждой мухи было по три глаза – крохотных, блестящих, внимательных. Именно в глаза целил Лэннери, убивая одну муху за другой.

«Сзади!» – крикнула Айя. Впервые за долгое время она заговорила с ним. Лэннери крутанулся вокруг своей оси, с молниеносной быстротой водя туда-сюда палочкой. Луч разрезал десяток мух напополам, как белый клинок, и исчез.

«Ещё сзади!»

Лэннери взмыл повыше, и кинувшиеся на него с двух сторон мухи едва не сшиблись друг с другом. Теперь луч угодил в эту толпу и разорвал её, заставив мушиные клочья разлететься в стороны.

«Не давай им… прикоснуться», – успела произнести Айя. Лэннери не отвечал – у него не было времени; он успеет поблагодарить её за подсказку потом.

Мухи пытались облепить его крылья, сесть на голову, дотронуться до рук. Лэннери уворачивался, нырял вниз и поднимался вверх; пронзил лучом медленно спускавшуюся с неба муху и оторопело моргнул, когда та каплями воды брызнула ему в лицо.