Зеркало

Уроки будут сопровождаться демонстрацией любовных поз». Ни-хо-хо себе! – Филатова, идем в филармонию?

– А мы летим в салон «Интим»… – Сдавленно ответила та.

– Это обязательно. "Купили в магазине резиновую Зину". Кольчуга, пойдешь в филармонию?

– Ни в жизнь! – Брезгливо поморщилась Настя, наконец справившись с пуговицами блузки и натягивая черные брюки, прыгая на одной ноге. – Я – женщина нервная, кто-нибудь начнет щупать – могу и ударить. Так, кобылки! – Наконец, попала в штанину девушка. – Дверь никому не открывать, спичками не играться.

Буду поздно, но это не точно. – Уже на ходу набрасывая на себя коричневое пальто и ныряя в высокие черные сапоги, сообщила Кольчугина. – Люблю вас, мои богатырки!

– Давай! – Махнула рукой Жуляева, когда дверь хлопнула, и спрыгнула на пол. – Так, Лерка, у нас двадцать минут. Пойдем на пары, потом на рынок. Надо появиться в универе, иначе нас выкинут.

– Надоело! – Поднимаясь, проговорила Филатова и подошла к окну. – Рынок этот достал! Ящики эти… Хозяева… Лучшим спортсменом была! А теперь что?

– А теперь – на пары.

 – Натягивая джинсы, равнодушно ответила Жуляева. – И не ныть мне! Вечером готовиться будем, скоро турнир. Выиграем – получим деньги на переезд. В столице всяко больше шансов в спорт вернуться. Его уважать надо, он нам жизнь дал. Сидели бы сейчас в детдоме, клей нюхали. Или уже не нюхали бы. Терпеть надо.

– Надоело… – Поморщилась Филатова. – Турнир-то хоть легальный?

– Почти.

– Чего…?

– А где ты сейчас легально на спорте заработать хочешь?! – Вскрикнула вспыльчивая Жуляева, взмахнув руками.

 – Башка твоя пустая! Я же говорю: заработаем – уедем! Там что, спортсмены против нас выходить будут? Так себе, отморозки.Ни знаний, ни дисциплины!

– Я в подпольных боях участвовать не буду, – твердо отрезала Филатова и взглянула на девушку, неожиданно появившуюся в дверях. – А вам… Да не может быть!

– Я иду, а у вас открыто, – сдержанно улыбнулась девушка, сняв с головы меховую шапку.

Такая же меховая шуба. Дорогие сапоги и дорогие перчатки. Дорогая девушка, ничего не скажешь!

– Мать моя, Моисей в Египте!!! Альбина!!! – Заорала Жуляева и бросилась к ней на шею. – Ничего себе, родила мать на сеновале! Ты что здесь делаешь вообще?!

– Время неожиданных встреч. – Слабо улыбнулась Лера, облокотившись на подоконник. – Ты чего забыла в нашей дыре, Кустова?

– По тебе соскучилась. – Ответила Альбина. – Это долгий разговор, девчонки.