Арт-пытка, или ГКП

Не скорее, а совершенно точно. Если редко, мы никак не можем назвать его читателем. Подразумевается, что читатель – это человек, который читает книги каждый день.

Крот. Соглашусь.

Томский. Хорошо, тогда пойдем дальше. А чем еще, кроме чтения, занят читатель?

Крот. Этого мы не можем знать. Каждый конкретный читатель может быть занят каким-то своим делом.

Томский. Тогда назовите хоть одно дело для читателя.

Крот. Ну, например, он может сидеть в офисе, или быть адвокатом, или предпринимателем, или инженером – да кем угодно.

Именно так – определение «читатель» никак не влияет на род занятий человека.

Томский. Да? А вот я знаю одного инженера, и он говорил мне, что после того, как он стал работать, то почти перестал читать.

Крот. Я думаю, это довольно распространенное явление.

Томский. Чрезвычайно распространенное. Но не получается ли тогда, что если профессия человека напрямую не связана с чтением, то велика вероятность, что он будет либо читать меньше, либо вообще перестанет заниматься этим делом?

Крот.

Есть такая вероятность, признаю.

Томский. Тогда мой вопрос следующий: а существует ли такая профессия как читатель?

Крот. Есть профессия – литературный критик, которого можно назвать профессиональным читателем, но такой профессии как читатель – нет.

Томский. Вы всё правильно сказали, ошибочно только употребленное вами время. Вы говорите – нет, а я говорю – не было. Еще никогда в истории не было такой профессии как читатель, но теперь она уже есть.

Мы ее выдумали, и мы же сделали ее реальной. Вы говорили, что абстрактный читатель может заниматься каким угодно делом, а я вместо этого говорю, что каждый конкретный читатель может быть занят только одним конкретным основным делом, а именно – он должен читать. Только если чтение становится основным делом – только тогда читатель, собственно, и становится – читателем.

Крот. Хм… Но что такое «чтение как дело», и чем оно отличается от «просто» чтения?

Томский.

А чем отличается всякая профессия от любительства?

Крот. Профессионал получает за свое дело деньги.

Томский. Все правильно. Вот я и плачу своим читателям. Плачу самую обыкновенную зарплату. Именно так чтение превращается из хобби в работу.

Крот. Но ведь еще совсем недавно вы тут слагали целые оды против работы!

Томский. Слагал, потому что речь шла о творчестве, а творчество не должно быть работой.