Взрыв на дороге

После беседы с вахтёрами, Роман попросил Геннадия Ефимовича отвести его в то помещение, где размещался сервер охраны. Как оказалось, центр наблюдения находится поблизости от комнаты отдыха. Его узкие окна тоже смотрели на запад.

Лаборатория, откуда похитили сейф, выходила на восточный фасад. В то время, как комнаты, где размещалась охрана и холл первого яруса, смотрели в противоположную сторону. Все торцовые окна, в весьма протяжённых, пустых коридорах, по которым раз в час проходили секьюрити, направлены на юг и на север.

По всему получалось, что стоило банде преступников отключить мониторы, как служивые сразу теряли контроль над охраняемым зданием. Они не могли видеть то, что происходит с одной стороны.

Романа встретил коротко стриженный и очень опрятно одетый молодой человек. Нужно сказать, что среди сисадминов такой внешний вид попадается достаточно редко.

Чаще всего, они выглядят, как пресловутые европейские хипстреры. То есть, имеют весьма специфический облик, а иногда, они очень похожи на обычных московских бомжей.

Роман побеседовал с наладчиком компов. Затем, с разрешенья начальника службы охраны, скачал в свой наладонник все видеофайлы, что были сняты наружными камерами в ночь похищения сейфа.

Выйдя из маленькой серверной, молодой детектив, в сопровождении пожилого мужчины, спустился по лестнице на первый этаж. Он быстро протиснулся сквозь большую «вертушку» и вслед за мужчиной устремился на улицу.

Сойдя с небольшого крыльца, они свернули направо.

Обогнули внушительный корпус «НИИ» и оказались перед восточным фасадом. Над ними чернело разбитое окно лаборатории номер 215. Именно из того помещения, украли чрезвычайно тяжёлый вместительный сейф.

Здесь детектив снял на видеокамеру следы грузовика, на котором преступники умчались с добычей. Роман повертел головой и осмотрел всё пространство, что находилось поблизости.

Слева и спереди стояли многоподъездные жилые дома шестидесятых годов.

Все они были в пять или шесть этажей. Справа, чуть вдалеке, торчала «высотка». Она оказалась значительно больше, чем соседние здания.

Скорее всего, эти «хрущёвки», наследие СССР из славных «застойных времён». Их потихоньку сносили, а на освободившемся месте, втыкали несуразно громадные монолитные «свечки». То есть, «лежачие небоскрёбы» меняли теперь на «стоячие».

Мимо низких домов пролегал удивительно узкий межквартальный проезд.