Грани безумия. Том 1

Зато глаза мастера блеснули остро и холодно, будто две голубые льдинки. – Видишь, даже бросил все дела, чтобы посмотреть, как тут живет мой Фортунато. Ты же все еще мой, не так ли? Или уже нет?

На несколько мгновений в комнате повисла оглушительная тишина. Не опуская взгляда, Лучано рассеянно погладил Перлюрена, запустив пальцы в мягкую серую шерсть, а потом сказал без улыбки, которая точно вышла бы фальшивой:

– А вы сомневаетесь, мастер? Я все еще пью шамьет из ваших рук.

Ему показалось, что тишина сгустилась еще сильнее, как только стихло последнее слово.

Ларци задумчиво посмотрел на него и бесстрастно уронил:

– Верно, мальчик. Но почему-то с таким лицом, словно и правда ожидаешь в нем порцию отравы. Вот я и задумался, с чего бы это мой Фортунато вдруг начал меня бояться? Чего я не знаю о том, что здесь происходит? Конечно, не все стоит доверять письмам, но ты здесь уже почти полгода, мальчик мой. Порталы работают месяца четыре, не так ли? И за все это время ты не выбрал денек, чтобы навестить старого Ларци.

Странно, не находишь?

Он замолчал и опять поднес чашку ко рту. Лучано, медленно гладя Перлюрена, с холодной отстраненностью подумал, что это и в самом деле было огромной глупостью. Хотя бы разок стоило наведаться в Вероккью, успокоить мастера своим появлением, рассказать пару забавных баек о том походе и нынешней придворной жизни… В общем, вести себя точно как прежний Фортунато!

Но он слишком привык, что мастер видит его насквозь, а теперь в его жизни было слишком много тайн, и своих, и чужих.

А еще преследовал глупый страх, что стоит вернуться в Вероккью, как мастер почует неладное и больше не отпустит его. Найдет для исполнения контракта другого Шипа, и… все.

Он прикрыл глаза под испытующим взглядом мастера и глубоко вдохнул. Пальцы сами собой остановились на холке Перлюрена, и Лучано, снова подняв веки, осторожно ссадил зверька на пол. В упор посмотрел на своего мастера и в этот раз даже смог улыбнуться – едва заметно, зато от души.

Так, словно время вдруг вернулось на несколько лет назад, и его, тогда еще простого Шипа, снова ожидал экзамен, который можно было либо выдержать, либо навсегда остаться в том гробу, куда он сам согласился лечь. Лучано усмехнулся про себя – очень уместное сравнение именно сейчас.

– Это будет очень долгая история, мастер, – мягко сказал он.

– Что ж, тогда хорошо, что у меня по чистой случайности совершенно свободный вечер, – невозмутимо отозвался Ларци.