Клинком и сердцем. Том 1

Однако Саграсс благодарно кивнул и продолжил:

– Морхальт вернулся через три часа, примерно к полудню, но уже в другой карете. Кучер помог ему выйти, а потом вытащил из кареты парня лет восемнадцати-двадцати. Профан, самый обычный, одет как дворянин. Лицо такое непримечательное… И то ли под заклятием, то ли просто оглушенный. Я не знал, кто это! Он выглядел совсем иначе, понимаете?!

– Дальше! – бросил Грегор.

– Я нарушил приказ, – обреченно сказал Саграсс. – Подумал, что парня готовят в жертву.

И если за ним явится несколько человек, я могу и не успеть. Или не отбиться. Я… вошел в особняк, приложил Морхальта Молотом… Легко, чтобы этот старый пень не рассыпался! Забрал мальчишку и отвез его в Академию. К Денверу. Милорд, я Пресветлым клянусь, если бы знал, что это принц…

– Денвер, полагаю, обрадовался, – ледяным тоном подсказал Грегор, и Саграсс кивнул.

Склонил голову, будто пряча взгляд, но тут же снова поднял ее и посмотрел Грегору в глаза. Сказал с таким же холодным спокойствием, не пытаясь оправдываться и, несомненно, отлично понимая, что за этим последует:

– Мэтр Денвер обрадовался чрезвычайно.

Он ударил меня заклятием, я не мог шевелиться и говорить, но понимал и видел все. Он снял с принца иллюзию и сказал, что я отлично послужил делу Баргота. И велел сказать вам… Цитирую: «Когда надменный дурень Бастельеро доберется до тебя, передай ему мои наилучшие пожелания и совет сдохнуть как можно позже. Дорвенант ожидают интересные времена, помешать этому он уже не сможет, но пусть помнит, каким болваном был».

Грегор прикрыл глаза, изо всех сил сдерживая дикое желание убить, размазать, растереть в порошок… За неимением Денвера – хотя бы этого наглеца! Тупицу, погубившего Кристиана! Мага и дворянина, виновного в пресечении королевского рода! Мгновения тянулись мучительно, и единственное, что спасло Саграсса, это то, что Денвера Грегор ненавидел несравнимо больше.

– Что было потом? – выдавил он, не открывая глаз, хотя уже примерно представлял, что услышит.

– Потом Денвер снова накинул на принца артефакт с иллюзией, вызвал дежурных и велел отнести меня в холодную, – с бесстрастной обреченностью сказал Саграсс. – Говорить я не мог, а когда речь вернулась, мне никто не поверил, конечно. Посчитали мертвецки пьяным, я же кричал такие невозможные вещи. Милорд, умоляю! Я готов принять любую кару. Любую, слышите? Но скажите его величеству, что я не предатель.