И джиннам случается влюбиться

 – Он дома? И если да, то не могли бы вы передать ему нашу просьбу?

Охранник, на чьём лице эти слова не вызвали ни малейших эмоций, всё с той же искусственной вежливостью, также перейдя на французский, произнёс:

– Подождите здесь, я спрошу, примет ли вас господин Насер.

Он вернулся в свою будку и стал кому-то звонить. Егор с Сафаром молча переглянулись и продолжали стоять у ворот, надеясь, что удача им улыбнётся. Поговорив по телефону, верзила-охранник вновь подошёл к воротам.

– Хозяин согласен вас принять.

Только встреча не должна быть долгой – у него сегодня ещё много дел.

Действительно ли Хаким не решился прогнать их из-за Егора, или у него сегодня просто выдалось хорошее настроение, об этом можно было не гадать. Главное, что они смогли войти. Сафар кивнул, и они вместе с Егором прошли в приоткрытые охранником ворота. Как только они захлопнулись, он заявил:

– Надеюсь, вы понимаете, что в целях безопасности мы должны вас обыскать. Господин Насер – очень известный и влиятельный человек, и у него много врагов…

– Нам скрывать нечего.

Пожалуйста, смотрите! – ответил Астафьев.

Убедившись, что при них нет оружия, охранник повёл Сафара с Егором мимо дома в сад. Последний, как и особняк, был роскошен. Он благоухал ароматами множества экзотических растений, особенно цветов. Все деревья и кустарники были ровно рассажены и аккуратно пострижены. По бокам дорожки, по которой их вели, на небольших основаниях стояли выполненные из розоватого мрамора античные скульптуры.

«Этот Хаким, конечно, далеко не ангел, но во вкусе ему не откажешь», – подумал про себя Егор.

Сам хозяин сада сидел, укрытый от солнечных лучей широкой крышей беседки. Когда они подошли ближе, молодой человек смог подробно его рассмотреть. Хаким оказался высоким худощавым мужчиной лет пятидесяти. У него было худое морщинистое лицо, в котором Егор сразу отметил что-то отталкивающее. Оно имело какое-то хищное, словно у ястреба, выражение.

Он сидел на мягком, обитом бархатом диване, который по кругу огибал всю беседку и был завален многочисленными декоративными подушками.

На столе перед Хакимом стояли ваза с фруктами, графин и несколько стаканов, наполненных какой-то тёмной жидкостью. Оторвавшись от газеты, которую он читал, хозяин внимательно посмотрел на подошедших, особенно задержавшись на Егоре. От этого взгляда у того мурашки пошли по коже – он словно проникал через неё внутрь и видел душу. Хаким жестом пригласил их присесть.