Яков Брюс – московский колдун

Похоже, что придётся заняться разбором завала и посвятить столь важному делу весь сегодняшний день».

Он начал вытаскивать, быстро осматривать и раскладывать вещи, попавшиеся под горячую руку: – «Это перенести в шифоньер, повесить на вешалку. Это сложить в кладовую, а затем отправить на дачу, чтоб в нём огороде работать. А это пора уже отнести на помойку».

Добравшись до задней стены своего «гардероба», он наткнулся на небольшую шкатулку, привезённую им из деревни Елань два года назад.

Парень бережно вынул ларец, изготовленный из тяжелого тёмного дерева, и внимательно осмотрел с разных сторон.

Маленький ящичек оказался таким основательным, словно его изготовили из дорогого морёного дуба. Повертев находку в руках, Глеб увидел, что вся лицевая поверхность украшена мелкой искусной резьбой и покрыта прозрачным светло-коричневым лаком.

– «Как умерла моя бабушка, так я в эту коробку больше никогда не заглядывал» – кольнула его неприятная мысль: – «Толком сейчас и не знаю, что в ней лежит».

Он подошёл к компьютерному столу и аккуратно поставил шкатулку на место свободное от клавиатуры и коврика с «мышкой». Придвинул к себе мягкий стул на колёсиках. Сел поудобнее, откинул тяжёлую крышку и с непонятным волнением посмотрел внутрь шкатулки.

Сверху лежала пачка каких-то казённого вида свидетельств. Они были свёрнуты вчетверо и связаны тонкой верёвочкой, странного вида. Глеб пригляделся, и понял, что она свита из тонкой длинной полоски коричневатого цвета.

Материал походил на бумагу очень низкого качества, чем собственно, он и являлся на деле. Он был немного ворсистым на ощупь, а своей рыхлой структурой слегка походил на те промокашки, что давно не используют современные школьники.

Парень вдруг вспомнил своё давнее детство, когда ему было лет пять или шесть: – «Раньше,» – мелькнуло в его голове: – «пакетов и плёнки из пластика было значительно меньше. Поэтому, такою бечёвкой пользовались во всех магазинах, на почте и в различных конторах.

Покупки и свёртки заворачивали в большие листы такой же коричневатой бумаги и обматывали сверху крест-накрест верёвочкой».

Глеб распустил узелок, завязанный простеньким «бантиком». Развернул и просмотрел все листы, слегка пожелтевшие от долгого времени. Оказалось, что это документы на дом и тот земельный участок, где жили ныне покойные бабушка с дедушкой.