Сердце морского короля

Пока слуги расставляли принесенное на небольшом столике, придвинутом к кровати, она послала алахасцу предупреждающий взгляд, но Каррас только брови вскинул в явно поддельном удивлении, а потом выразительно посмотрел на еду.

– Это съедобно? – с сомнением уточнил он. – Я всей душой верю в гостеприимство вашего величества, но чешуей покрыться не хотелось бы. И плавники мне не пойдут…

– Я же их не отрастила, – поспешно сказала Джиад, сводя все к шутке и придвигаясь ближе к столику. – Хотя здесь они бы пригодились.

Тебя научили пить тинкалу? На вкус не турансайское, но силы восстанавливает лучше.

– Научили, – кивнул Лилайн. – Так значит, ваше величество интересует только следующий король Аусдранга?

– Не только, – бесстрастно сказал Алестар, придирчиво выбирая среди дюжины тарелок и остановившись на той, где лежали его любимые глаза маару. – Я должен вас поблагодарить. Вы сохранили перстень Аусдрангов. А это, как недавно оказалось, реликвия не людей, а иреназе. Украденная у нас реликвия.

– Не стоит благодарности, ваше величество, – промолвил алахасец с такой изысканной любезностью, что она прозвучала хуже грубости.

 – Я старался не ради иреназе.

Джиад снова глубоко вдохнула, старательно отгоняя раздражение. Лилайн ранен. Боль и слабость всегда приводят с собой дурное настроение, так что алахасца можно понять. Но неужели он не понимает, что сейчас ведет себя глупо? Нет, Карраса никак не назвать дураком. Тогда к чему эти уколы, пробующие выдержку Алестара на прочность, словно броню?

– Притом, я вам весьма обязан за спасение, – добавил Каррас тем же учтивым тоном.

 – И прошу прощения за хлопоты.

– Не мне. – Алестар, собравший у себя на тарелке несколько горок еды, поднял от нее взгляд и вернул Каррасу отражение его улыбки. – Спасением вы обязаны исключительно просьбе каи-на Джиад. А хлопоты были невелики.

– Прекратите! – услышала Джиад собственный голос. – Я не мяч для игры.

Алестар слева от нее и Лилайн справа – оба разом замерли. Джиад видела это боковым зрением, хотя смотрела ровно посередине, в пустую стену за столом.

Она поставила взятый сосуд для тинкалы обратно и добавила с удивившей ее саму злостью:

– И быть между вами щитом я тоже не собираюсь. Ваше величество, если у вас больше нет вопросов, не соблаговолите ли отпустить господина Карраса? Мы вполне можем позавтракать в его комнате, чтобы не мешать вам.

– Не соблаговолю, – уронил Алестар, терзая кончик своей косы, превратившийся уже в спутанную мочалку.