Функциональные аспекты постковидного синдрома. Как снять 50% симптоматики за время чтения этой книги

Я даже сходил за прибором для измерения концентрации кислорода в крови, в покое сатурация оказалась 95% – нижняя граница, за которой требуется кислородная поддержка.

Светлана перенесла тяжёлую ковидную пневмонию – 80% поражения лёгких, была на кислородной поддержке в больнице 21 день. По приезду домой не могла подниматься на второй этаж к спальне и спала на диване в гостиной на первом этаже. Одышка ухудшалась при малейшей нагрузке – поход в туалет за 6 метров от дивана требовал остановиться и отдохнуть.

При осмотре выявилось, что грудная клетка практически не участвует в дыхании – раздутая, как бочка и жёсткая, как кираса. Голова не поворачивалась на шее, Светлане приходилось поворачиваться всем телом, чтобы посмотреть в сторону. Мышцы поясницы были зажаты так, что на ощупь напоминали камень, только живот слегка двигался в процессе частого поверхностного дыхания.

Также были явные проявления энцефалопатии – сложность с памятью на ближайшие события, снижение критики, неспособность чётко сформулировать жалобы, шаткость при вертикализации, неуверенность в выполнении координаторных проб, наличие патологических рефлексов.

Соматика хорошо помогает людям, которые имеют сохранный интеллект и сами стремятся к изменениям. Здесь же вероятность помочь обучением была низкая, но я взялся попробовать, поскольку при таком шаблоне дыхания никакие медикаменты не дали бы эффекта.

Когда Светлана улеглась на кушетку – я положил руки на подреберье и занялся замещением усилия в главной дыхательной мышце – диафрагме. Через пару минут Светлана внезапно сделала свой первый глубокий вдох и задышала реже.

Со второй стороны эффект произошёл быстрее. Одышка в покое перестала беспокоить. Померил сатурацию – 98%. Муж засиял, когда увидел результат.

Дальше пошла работа с рёбрами. По одному ребру получилось напомнить нервной системе, что грудной клеткой также можно пользоваться при дыхании.

Важно дать этот момент дрёмы человеку, чтобы полученный результат сохранился в долговременную память. Я оставил Светлану дремать, пока мы с мужем обсуждали как дальше организовать лечебный процесс.

В какой-то момент муж спросил – «а сколько она ещё будет спать».