Темная для принца

Да, сделано топорно, да, она так подставляет и себя, но ведь работает.

– И говорила она не только с нами?

– Угу, и для других конкурсанток она находила иные слова. Кому-то действительно угрожала, не как нам, а по-настоящему. Кого-то убеждала, что им это не надо или нет никаких шансов, так чего позориться.

– Она что, действительно надеется выиграть таким вот образом?

– Не знаю. В любом случае сомневаюсь, что у нее это получится. И еще: будь очень аккуратна, мало ли что…

– В смысле?

– В том смысле, что к тому, что произошло с Дариной Варенсо, тоже может быть причастна Фабия.

– Ммм?.. – глубокомысленно изрекла я.

– Богиня! Ну нельзя же вообще ничего вокруг не знать и не замечать. Так пристукнут в темном углу, а ты и не заметишь!

Кажется, из меня еще та шпионка. М-да. Зря леди Каранеро поручила мне за чем-то там следить… А, да, это же была обстановка, та самая, которую мне сейчас докладывает Саманта и которую я абсолютно проигнорировала.

– А можно насчет “пристукнут” поподробнее?

– Не можно, нужно.

 – Девушка оглядела меня с некоторым сожалением. – Леди Варенсо из старого, но небогатого рода, имеющего лишь небольшой артефактный заводик, как раз из середнячков. Многие видели, как она ругалась с Фабией, причем чуть не приложила ту какой-то техникой даже вне полигона. Какой – не знаю, меня там не было. Так вот, когда наша коллега вызвала ту на дуэль, Дарина отказалась. Точнее, нет – просто посмеялась и послала Фабию далеко в Илесские горы.

– И что? – Поскольку Саманта замолчала и задумалась, уйдя в себя, пришлось ее поторопить.

– А? Так вот, вечером того же дня леди Варенсо нашли в каком-то заброшенном коридоре на верхнем этаже замка еле живой. Ее сильно избили, сломали несколько костей, а чтобы восстановить былую красоту на лице у хорошего целителя, по слухам, уйдет не один месяц. Там месиво.

– Фабия?

– Доказательств нет, но, как говорят, били профессионально.

– И никто ничего не видел?

– В том-то и дело.

Даже сама Дарина не смогла разглядеть нападающего. Только понятно, что это была женщина.

– Которых тут восемь сотен…

– Да. И злобу затаить могла любая.

– Бред какой-то. Зачем это Фабии, она же не может всех побить и запугать, чтобы выиграть.

– Может, ее цель не выиграть, а попасть в сто пятьдесят лучших. Знаешь же, что тем, кто пройдет, посыпятся предложения о замужестве.

– Ну да, логично. Только нелогично все это делать.