Валентин

Сейчас же все иначе…

Она заходит в подъезд, а я до сих пор не могу поверить. Что за девчонка! Вновь ураганом влетела в мою жизнь, да еще и решила, что я ей снюсь. Когда она говорила мне три года назад, что с ней не соскучишься, я не мог себе представить, что до такой степени!

– Что за дамочка?

От неожиданности я подскакиваю. Лео слишком резко оказывается позади меня.

– Бро, ты решил меня убить?! – Я хватаюсь за сердце.

– Да я тут уже минут пять прячусь за фонарем, чтобы не влезать, – ворчит он.

 – Так кто это?

Я делаю глубокий вдох. Сердце в груди выбивает 180 BPM[12 - ВРМ – количество четвертных нот в минуту; например, 120 ВРМ значит, что в минуту проигрывается 120 четвертных нот или 120 четвертных ударов метронома в минуту.] в минуту.

– Это Полин.

Повисает пауза. Лео словно врастает в землю.

– Та самая? – наконец отмирает он и удивленно округляет глаза. – Та самая Полин?

– Сам в шоке. Она была пьяная и решила, что я ей снюсь.

Какой сюр! Такое могло случиться только со мной.

Если рассказать кому-то, мне не поверят и решат, что такое бывает только в книгах и фильмах. Но вот моя жизнь почему-то полна подобных нелепостей, особенно когда дело касается этой девушки. Будто некая высшая сила решила нас свести, несмотря ни на что и вопреки всему. Включая здравый смысл, логику и все законы мироздания.

Лучший друг, сузив глаза, ехидно косится на меня и издевается:

– То-то у нее был такой вид, словно ожил ее ночной кошмар!

Я пихаю его в бок.

Хочется сказать, что за юмор в нашей компании отвечает Серж, а его роль – грустить по некой таинственной особе, что закинула его в черный список. Но вместо этого я поворачиваю голову и заглядываю ему в глаза. Под светом парижских фонарей они кажутся коричневыми, хотя на самом деле зеленые. Все ехидство покидает его, когда я, пожав плечами, произношу:

– Дружеская поддержка как никогда необходима. – И это чистая правда. – В первый же день она налетела на меня, и все внутри…

Я замолкаю.

Голова идет кругом. Не знаю, как описать эту дрожь в теле при виде нее. Сбившееся дыхание. У Лео загораются глаза.

– Знаешь, что я тебе скажу? Вал, это, мать его, судьба! – восклицает он. – Как ты и сказал, в первый же день в этом городе она вновь свела вас! СУДЬБА!

Я не верю в такую чепуху и удивляюсь, почему Лео вдруг пришел в такое волнение.

– С каких пор психологи верят в судьбу? – Я с насмешкой поглядываю на него.