Убить Гертруду

Но вот что музыканты играли собравшемуся вокруг народу, Антон через час уже не мог вспомнить. Какое-то попурри из бравурных отрывков советских песен. Да и какая разница, если народ дружно подхватывал и что-то выкрикивал, выплясывал, двигался и пританцовывал вокруг елки. Все оркестранты, которые собрались играть в рождественский вечер, что называется, были в тонусе, а легкий морозец только подбадривал их работать легко и смешливо. На всех музыкантах были одеты одинаковые сине-красные куртки, поверху которых повязаны французским узлом шарфы с символами нового года.

Конечно, для полноценного звучания оркестра музыкантов было маловато, но собравшиеся делали всё, чтобы никто из зрителей этого не заметил.

Дирижер, как всегда, был на высоте, отлично сводил воедино звучание инструментов, непринужденно управлял музыкальным волшебством, а духовой оркестр безошибочно считывал каждый его жест и взмах. Музыка трогала всех сегодня, народ ликовал, праздник носился по площади аплодисментами, хороводами, приплясами. Все честно трудились полтора часа, живо раскланялись, когда звуки музыки стихли.

Гулянья завершились, народ уже стал расходиться. Дирижер задержался на своей оркестровой подставке, с которой его хорошо было видно, и громко и бодро, чтобы все слышали, проговорил:

– Жду всех в репетитории пить чай!

Музыканты будто этого ждали, сразу оживленно задвигались, стали складывать ноты и пульты. Марина встала. У нее на стуле, на спинке, висел на двух лямках чехол рюкзачком от саксофона. Она сложила саксофон в чехол, засунув туда еще какие-то ноты, развернулась и, едва кивнув мне, заторопилась в сторону автобуса.

Замечательный водитель, который, кстати, играл на трубе, уже разогревал мотор.

Поездка в автобусе навстречу пиршеству сопровождалась взрывами хулиганского смеха, музыканты азартно соревновались друг с другом, кто покруче насмешит. Переоделись и сложили костюмы по-армейски в несколько минут, а когда гужом вошли в репетиционный зальчик, столы уже были накрыты и заставлены закусками. Интересно, какой спонсор расщедрился на праздничное застолье? Впрочем, это не обсуждалось, и Антон не отважился спросить, видимо, имя спонсора было под запретом.

Пили настоящий чай, заварной, ароматный, из настоящих чайников. Это было неожиданно приятно. Конечно, Антон взволнованно чего-то ждал, молчал, жадно прислушиваясь к шутливым комментариям праздника. Догадался, что дирижер заговорил с Мариной о нем. Тот еще по телефону обещал попросить ее подвезти Антона к электричке.