Сила правды

– А какие это явления?

– Какие…? Что ж… Я тебе расскажу одну историю… Знаешь ли ты сказание о Злате Пудриане, друг мой?

– Нет. А кто это?

– Ты живешь на улице Кузнечной? – вдруг спросил учитель;

– Да.

– И мне в ту сторону. Пойдем. Я тебе дорогой об этом расскажу.

ГЛАВА III

Мы шли по улицам родного города в полной тишине. Пахло акацией и где-то жасмином. Яков Семенович молчал. Я уже подумал о том, что он вообще забыл о моем существовании. Но это было не так. Голос учителя прозвучал тихо и неожиданно.

– Математика – царица мироздания! Это наука наук! Но есть на свете что-то такое, «что неизвестно нашим мудрецам». Кто это сказал?

– Что именно?

– «Что неизвестно нашим мудрецам».

– Не знаю. Вы. Нет? А кто?

– Это сказал Уильям Шекспир. Великий английский поэт, драматург и философ. Вы его еще будете изучать. Попозже… Но это так, к слову пришлось. Так о чем я говорил?

– Вы говорили о том, что математика – царица мироздания.

– Ах, да! Царица мироздания… Но есть на свете что-то…

– Что неизвестно нашим мудрецам.

– Правильно! Молодец!

Яков Семенович опять замолчал. Моё терпение кончалось. И когда я уже решил начать прощаться, он вдруг заговорил вновь.

– Однажды мне рассказали такую историю. Не знаю, верить ли ей, или это просто сказка. Тебе решать. Но отнесись к ней, как к правде. Мало ли что в жизни бывает? Как говорил сэр Уинстон Черчилль: «В жизни человека, так же, как и в жизни государства, никогда нельзя быть ни в чем уверенным».

– Конечно! Был премьер-министром Англии! – с гордостью выпалил я.

– Он был Премьер-министром Великобритании, – поправил меня Яков Семенович. – Но речь сейчас не об этом…

Тебе, наверное, трудно в это поверить, но я учился в школе, и у меня тоже был учитель математики. И учил он нас прекрасно! Так, вот… Как-то раз он рассказал нам о том, что существует не только наш мир, но и множество других миров. И проводником в них является некое создание, по имени Злата Пудриана.

Мы не знали, как к этой новости отнестись. Вначале подумали, что наш учитель шутит. Но потом поняли, что он говорит всерьёз. И вскоре у нас стали происходить таинственные события.

Надо тебе знать, что я был его лучшим учеником. Но любимцем его был не я, а мой друг, Оська. Он схватывал, что называется, всё на лету. Не успевал учитель начать изложение нового материала, а Оська уже всё понимал. Было ясно – путь ему в большую науку.