Верховный тайный Совет. Первый полицейместер

Толстым царевичу, наследнику Русскаго престола, который лишь под этим условием обязался вернуться к Царю, своему отцу; впрочем, уверяют, что он лучше бы поступил, оставаясь в Империи, и полагают, что, по возвращении, он будет заключен и навсегда лишен прав на престол. Mне это предположение кажется не лишенным основания, так как мне передавали, что Царь, разговаривая с князем шесть дней тому назад, высказывал ему свое неудовольствие против его императорского величества за покровительство, оказанное им Царевичу, его сыну, прибавив, что был бы весьма рад отмстить за это.

На что князь Меншиков отвечал, что вследствие успехов оружия Императора, усиливших его могущество во время двух последних войн, следует скрыть свою досаду, а к тому же его императорское величество, вследствие уз крови, не мог отказать царевичу в приюте и покровительстве. Царь, в сильном гневе, сказал князю: «так ты его приверженец?» И с этими словами схватил и бросил его об стену комнаты. (СИРИО. Т. 34)

1704

На обратном пути австрийские власти пытались остановить их, но не смогли.

«Кампредон. 1723. Чувства питаемые Царем. Его не остановит никакое соображение, особенно, если им руководит чувство мести. Наиболее ярким примером этого служит его поступок с Царевичем. Если б император не выдал ему этого несчастнаго принца, русския войска вступили бы в Силезию. Им уж дан был приказ на это, хотя в то время у Царя были другие могущественные враги, а шведское оружие везде торжествовало над его оружием».

(СИРИО. Т. 40)

От г. де-Лави. 13 января 1718. Говорят, что наследнику престола не сделают никакого зла, но что Царь, отец его, постарается убедить его разсказать, кто именно посоветовал ему выйти из повиновения отцу и удалиться из своих владений; получено известие о том, что он приехал в Кенигсберг. (СИРИО. Т. 34)

Портрет царевича Алексея Петровича. Иоганн Пауль Людден

По приезде в Москву царевич был обвинен бегстве за границу, для того чтобы привести с собой имперские и венгерские войска.

Как эта армия должна была пройти через Польшу не уточнялось. Сам Петр I в 1716—17 годах находился за пределами России (Германии и Франции).

Евфросинью доставили в Россию 20 апреля 1718 года. Указывают, что примерно в конце апреля должны были состояться роды, но о них, а также о ребёнке, даже о его поле, нет никаких сведений. Её потребовали к первому допросу только через месяц после приезда, около 12 мая.