Ратибор и сыны Одина

И воевода мой, что само по себе внушает, и башня на плечах холодная… – Святослав покосился на Ратибора, угрюмо вперившегося в него взглядом.

– Чего там, с варягами якшаться удумал?

– Я понимаю, Рат, как они тебе «до?роги», но просто послухать хоть можно, чего им надобно? С миром же они к нам!

– Ну-ну! Эти головотяпы, Свят, с миром только на нужник ходят, да и то потому, что украсть там нечего, окромя своих же удобрений… – Ратибор презрительно сплюнул на пол.

– Не бухти, дружище… – князь неодобрительно покачал светлыми кудрями.

– Знаешь, Свят, пока не забыл! Чего-то у меня чешутся…

– Давай без интимных подробностей, Рат, что там у тебя чешется, а сходи лучше искупнись, баню посети. Помогает, уверяю!

– Да не, княже, от такой чесотки банька не поможет! Ибо кулачищи мои зудят, аж горят синим пламенем! – Ратибор недобро насупился. – А знаешь, с чего такая оказия? Да с того, что еле сдерживаюсь, дабы не шарахнуть по маковке одного сидящего за этим столом ополоумевшего владыку, решившего, что может бить свою женщину почём зря!

В комнате настала мёртвая тишина, и лишь слышно было, как приглушённо охнул княжий племяш.

Яромир, Емельян и Тихомир во все зыркули поражённо таращились на Ратибора со Святославом. Те сидели примерно с минуту, не моргая, глаза в глаза, буравя друг друга тяжёлыми взорами.

– И что же остановило твою лапу от столь непоправимой ошибки, потапыч? – Святослав первым прервал затянувшееся молчание.

– То, что знаю тебя с юных лет как порядочного малого! А также то, что не один пуд соли вместе слопали! Ты отродясь не кичился своим высоким положением, не брезговал есть из простого котелка с обычными ратниками стряпню походную и за нашими спинами никогда не прятался в сечах лютых! Кабы не всё это, не посмотрел бы я на титул твой, князь! – Ратибор был мрачнее тучи.

 – Но если ещё раз повторится, то уж не обессудь: так врежу по темечку, костей не соберёшь!.. Я сказал!

В этот миг, слегка снимая повисшее в воздухе напряжение, дверь в трапезную отворилась, и в залу влетели два мальца-близнеца восьми лет от роду, Белозар и Горислав.

Они яростно сражались на одноручных деревянных мечах, прикрываясь дубовыми щитами Малой Дружины, и не замечали никого и ничего вокруг. Похоже, с попеременным успехом победа в поединке, как непостоянная красавица, металась между двумя юными воителями, то мимолётно ускользая, то вновь приближаясь к кому-то из них. Охрана на входе мешать им и не подумала.