Осколок счастья

– Закажи себе чего-нибудь еще. Мне не нужно, а то всю ночь кошмары будут сниться.

Но Вуд ограничился тем, что велел принести себе двойные порции.

Они сидели в самом углу, под большим тусклым панно. Было тихо, хотя ресторан и был полон туристами разных национальностей. Почему-то преобладали японцы. Сара подтвердила наблюдения Вуда:

– Да, я тоже заметила, что их всегда больше, чем всех остальных. Наверное, они очень любознательные.

Честно говоря, Вуда совершенно не интересовали туристы. Его куда больше занимала Сара.

Она вела себя абсолютно естественно, не кокетничала и не пыталась изображать из себя того, кем не являлась. Вуд впервые чувствовал себя рядом с женщиной расслабленно и спокойно. Впрочем, это были далеко не все чувства, что он испытывал. Сара казалась ему близкой и родной, будто он знал ее много лет. От нее исходила душевная теплота, которую он не помнил с далекого детства. Как ни странно, она напоминала ему бабушку с отцовской стороны. Он плохо ее помнил, но от ее нечастых визитов в душе осталось такое же светлое чувство радости и защищенности, что владели им теперь.

Они поели, потанцевали, причем Вуду пришлось напрячь всю свою выдержку, чтобы не прижимать Сару к себе сильнее, чем требовали приличия.

Под конец вечера он попросил ее дать ему номер сотового телефона, но она объяснила, что сотовые телефоны очень вредны, поэтому его у нее нет. Это было так необычно и несовременно, что он с подозрением посмотрел на нее. Но ее лицо было абсолютно правдиво, и он подавил желание обвинить ее во лжи.

Выйдя из ресторана, Вуд понял, что не хочет расставаться с Сарой. Пригласить ее в свой номер? Посмотрел на ее безмятежное лицо, и с досадой отказался от этой мысли. Слишком рано. Чтобы оттянуть расставание, предложил прогуляться. Погода стояла прекрасная, сумерки окутали землю, превращая обычные предметы в нечто нереальное. Сара доверчиво шла рядом, рассказывая ему о преподавателях, подругах и своих планах, а он думал только об одном, – сколько еще ему придется ждать.

И это было неприятно. Прежде он никогда не считал себя сексуально озабоченным типом, который использует женщин исключительно для собственного удовольствия. Что же случилось с ним теперь? Почему эта неискушенная девочка действует на него таким странным образом?

Он даже пожалел, что пригласил ее пройтись, и на ее вопросы отвечал однозначно и сухо. У кампуса они остановились и она подняла к нему озабоченное лицо.

– Вам со мной скучно, я понимаю. Извините.