Поспешный суд

Рассел почувствовал себя пустым местом. Такого непривычного, до боли оскорбительного чувства ему еще переживать не доводилось. Он уже протянул руку, чтобы оторвать ее от дурацких древностей и заставить посмотреть в свои глаза, но тут прозвенел звонок и Тори с удрученным вздохом сказала:

– Ой, уже пора в зрительный зал. Как быстро прошло время. Огромное спасибо, мистер Рассел, то есть Зак, за огромное удовольствие. Это так приятно, походить немного по музею, особенно театральному, вдохнуть пыль кулис, так сказать.

Расселу никакой пылью дышать не хотелось, он был уверен, что это очень вредно для здоровья, но он дипломатично поддакнул, стараясь соответствовать ее меланхоличному настроению.

В зале Риф с Шарлотт, пересев на соседние кресла, о чем-то оживленно болтали, весело посмеиваясь одним им известным шуткам. Зак должен был бы почувствовать хотя бы слабое подобие ревности, но не почувствовал ничего. Устроившись на своем месте, он иронично заметил, низко склонившись к Шарлотт:

– Ты, как вижу, времени зря не теряешь? Подыскиваешь еще одного богатого друга? Но не забывай, что местечко уже занято.

На что она, озорно блестя глазами, отрезала:

– Не изображай собаку на сене, милый. Не забывай, у тебя другие планы.

Планы-то планами, но вот только в претворении их в жизнь он, похоже, не продвинулся ни на дюйм. Во всяком случае, Тори смотрела на него точно так же, как на стоявшее рядом кресло – в ее равнодушном взгляде он не замечал ни малейшего интереса. С гораздо большим воодушевлением она пялилась на сцену – в ее глазах стояли слезы сочувствия чужой, к тому же выдуманной, судьбе, что практичного Зака изрядно раздражало.

Выйдя из театра, Зак предложил отправиться всем вместе в ресторан, чтобы продолжить вечер, но Тори решительно отказалась.

– Мне завтра рано вставать на работу. Вот если бы впереди был уик-энд…

Это прозвучало так, будто, кроме нее, никто не работает, и Рассел взбеленился. Да из присутствующих никто не работает больше него! Почувствовав его недовольство, Шарлотт успокаивающе сжала ему ладонь, и он попрощался как можно корректнее:

– Ну тогда до завтра, Тори!

Пожал Рифу руку, и они разъехались в разные стороны.

Едва они отошли на порядочное расстояние, как Шарлотт провоцирующе сказала:

– Признайся, Зак, что ты примитивно ревнуешь. Может, ты влюбился?

Вначале он даже не понял, что ему сказала любовница.