Жизнь и творчество Чо Мён Хи: Нактонган

– О, неужели никто не умеет петь? Роза! Спой ты, пожалуйста. Ту, что я сочинил. Спой!

– Мне петь песню? – спрашивает рядом сидящая женщина с европейской причёской.

– Да. Помнишь нашу песню «весной, весной…». Спой её.

Каждый год, каждой новой весной

Развиваешься ты широко.

Люди жили здесь сотни веков,

И они породнились с тобой.

Роза пела с ясно выраженным акцентом провинции Кенсандо. Песня, сложенная на мотив народной песни «Нилири», звучала скорбно и сильно. Голос, немного низкий и грубоватый, громко раздавался в ночной тишине.

Казалось, что и мигающие на небе звезды слушать песню Розы. Она особенно задевала душу тех, кто направлялся на далёкую чужбину, – в западный Кандо.

После третьего куплета, собрав все силы, с воодушевлением подхватил песню и Пак Сон Ун.

Тысячелетняя, тысячелетняя Нактонган!

Во сне ли, наяву ли

Разве забудешь тебя!

Песня кончилась. Сон Ун проворно засучил рукава и погрузил руку в воду. Он то поглаживал, то разбрызгивал, то похлопал рукой по воде.

Его друг, сидевший рядом, обеспокоенный поведением Пак Сон Уна, сказал:

– Вот беда! Что ты делаешь? Вода ведь холодная! Спятил, что ли?

– Теперь и умереть не жалко. Ты не очень беспокойся обо мне.

– Ты с ума сошел…

А больной, чем больше его уговаривали, тем меньше обращал на это внимание. Он обернулся к рядом сидящей с ним женщине:

– Роза! Засучи рукава. Опусти и ты руку в воду вместе со мной. Ну!

Он взял руку Розы и опустил её в воду.

– Да, в течение пяти лет, что я путешествовал, как увижу какую-нибудь реку, сразу вспоминал наш Нактонган. И никогда не забывал, что я внук рыбака с этой реки… И ещё, что здесь моя родная Корея.

Руки их по-прежнему находились за бортом. Затем, глядя на далёкий горизонт, он зашептал…

– Как-то я переходил реку Сунгари и, вспомнив Нактонган, заплакал.

Наступила тишина. Казалось, люди перестали дышать. Роза низко опустила голову, закрыла рукой глаза.

По лицу Сон Уна скатилась крупная слеза. Некоторое время слышался только шум воды. Роза крепко сжала холодные руки Сон Уна, ласково сказала:

– Теперь хватит. Хорошо? – она вытерла платком его руку и опустила засученный рукав.

Паром предстал к берегу. Сначала высадили на берег Сон Уна. Потом в темноте двинулись к посёлку.

Пак Сон Ун действительно был внуком рыбака. Его дед всю жизнь рыбачил здесь, а отец обрабатывал землю.