Сказки из колодца

Нехотя через лес с дитем на руках, а деваться некуда, всегда так ходили по тропинке, петляющей меж кривых сосен. Не боялись. Обернулась – посередь поляны гора растет, а глаза и не звериные вовсе. Охнула. Дитя крепче прижала.

Зарычала медведицей, залаяла собакой, волком выла до хрипоты.

"Видно, сытый был", – говорили друг другу люди.

– Не тронул, – повторяла как заговор, а за спиной всё глаза не звериные чуяла. – Да и не отпустил....

К третей в избу сам влез. По мискам, горшкам шарил и нашел: старушонку тоненькую, годами сгорбленную.

Переломить по полам и человеку труда не стоит. Многое на своем веку повидала старая: людей, зверей – из одного теста леплены, только формы разной. Улыбнулась кротко и сухой рукой-веточкой век звериный разом закончила, да только никому о том не сказала. Со зверем у всех своя встреча, чужими глазами все одно – правды не увидеть.

Голоса урагана

Как-то раз одна женщина сильно рассердилась. В гневе сорвала любимую цветную занавеску, бросила на пол. Опрокинула стол, скамью, разбила все до последнего глиняные горшки и выбежала во двор.

В стороны разметала она бельё, но злости стало ещё больше, ещё крепче.

И в щепу полетели деревья, падали заборы, срывались крыши с домов. А как свой посёлок разрушила, пошла бедой к соседям.

Издалека заслышав грозный рёв, спрятались люди. Черным крылом ворона укрывался от солнца ураган. Не щадил никого. Много горя принес и дальше полетел.

Маленькие деревни, большие города – все, кто вставал на пути, исчезали в ярости урагана.

И только самый чуткий мог расслышать сквозь грохот бури полный отчаяния женский крик.

Сколько времени прошло с того дня, никто уж не вспомнит. Разрушенное отстроилось заново. Умершее возродилось вновь. Подошел ураган к месту, похожему на то, с которого всё началось. Привычно тянулись ненасытные пальцы ветра к домам, только бившееся ещё внутри сердце вдруг сжалось.

Замерла буря у ворот ветхого жилища, стоявшего на самом краю селенья.

– Что тебе надо? – спросила из-за двери старуха.

– О-о-о-о-о-стано-о-о-о-виться! – закричали разом ветра женским голосом.

Услыхала то старуха, отворила. Впустила ураган в свой дом, за стол усадила, горячим чаем отпаивала. И плясали осколками воспоминаний цветные занавески, битые чашки, кошка под ноги невпопад бросившаяся, слова, которые никто не услышит, пока не прокричишь их, что есть мочи.

Кивала старуха на каждое, а ветра в косы плела, приговаривая: "Что было, то прошло. Что прошло, то истлело.