Боспорские истории Причерноморья и Предкавказья

Голодные и уставшие люди вошли в комнату и были поражены. Стол ломился от яств. Вспомнили жители Боспора о конце декабря, и праздник начался. Девочки обнимали и целовали отца. Талия цвела от радости, а Юмелия, подобно мелодии арфы, наполняла комнату умиротворением и спокойствием. Мудрый Солон обратился к Парамонасу:

– Друг мой, оглянись вокруг. Посмотри на лица верных рабочих, любящей жены и игривые глазки дочерей. Ты ещё считаешь нужным разрушить мыс для желанного металла столь зверским способом?

– Нет, Солон. Ты, как и прежде, оказался прав.

Впредь мы будем брать лишь глину и песок близ мыса Кишла. Брать в том количестве, которого хватает на обжиг кирпичей, строительства домов и крепости семей в Фанагории и Боспоре.

– Мыс Кишла может быть свободен от наших оков?

– Да, разумнейший Солон. Теперь, я полагаю, следует называть этот мыс – Железный Рог. Он боднул меня в правильном направлении к жене и дочерям, показав всю горечь боли и обид от моего непонимания. Его железистая основа тверда и неразрушима, как моя дружба с тобой и любовь к семье.

Парамонас обнял Солона, выпил с ним молодого вина и ещё раз поздравил всех с праздником Дионисии. С этого дня постоянными спутницами в жизни семьи эллина стали богини Харита и Эйрена – Обаяние и Мир.

Поныне от Таманского полуострова отходит массив земли, вдающийся вгладь Чёрного моря, именуемый мыс Железный Рог. Давно исчезли на нем шахты и цепи рудоискателей. Ровная площадка мыса, поросшая виноградом, является прекрасным местом отдыха для любящих пар и семей с детьми, приезжающих сюда, дабы полюбоваться неописуемо красивым закатом на Тамани.

~~~

НАБЛЮДАТЕЛЬНЫЕ СОБЕСЕДНИКИ

Яркое солнце ранней осени возвышалось над горизонтом в безоблачный день той прекрасной поры, что звалась в Боспорском царстве «вторым летом», лучшим сезоном для торговли и окончания всех насущных дел. Землепашцы заканчивали работы в полях, пастухи подсчитывали поголовье скота, виноделы собирали последний урожай. Дни стояли чудесные и спокойные, когда никому и не верилось, что завершилась изнуряющая летняя жара.

Море по-прежнему притягивало купающуюся ребятню, отдавая свое тепло человеку. На лугах и по лесным дубравам лёгкие дуновения ветра расслабляли путника, который с вершины холма или горного уступа с любопытством вглядывался в необъятную даль погожего осеннего пейзажа.

Осень обнимала природу, неспешно взяв в руки кисти и холст, чтобы с трепетом художника начать раскрашивать поникшую растительность в пёстрые цвета.