…Я плакал…

…Я плакал…

Сергей Уманский

Главный герой, врач-психотерапевт, профессор Либерман Михаил Львович, прочитал в интернете на профессиональном сайте статью неизвестного психолога, которая подрывала все устои психотерапевтической теории и практики. Написав рецензию на эту статью под названием «Как я плакал, читая описание психотерапевтического случая про «описавшегося пуделя», он получил крайне жесткий и оскорбительный ответ от автора. Попытка вступить с автором в конструктивный диалог не увенчалась успехом. Понимая бесперспективность этой заочной интернет дуэли, Либерман едет в командировку в Москву, где встречает своего старого друга Константина Зверева, политпсихолога, после чего вся история становится почти детективной.

Сергей Уманский

…Я плакал…

Второе ноября. Среда.

Профессорский кабинет заполняли красноватые лучи заходящего солнца и аромат свежесваренного кофе. За окном пролетал первые снежинки, но в помещении было тепло и уютно. В большом кожаном кресле сидел хозяин кабинета, профессор Либерман Михаил Львович, опытнейший психотерапевт, доктор медицинских наук.

Он сидел перед ноутбуком, с которым практически не расставался, и где была вся важнейшая информация как по исследованиям, проводимым в клинике, так и пациентам, проходившим лечение. Сегодня вышел очередной номер электронного журнала по психотерапии, в котором были, на взгляд Либермана несколько интересных статей. Сделав небольшой глоток кофе из изящной чашечки, и надев очки, профессор вновь погрузился в чтение.

В достаточно просторном кабинете стеллажи занимали добрую половину свободного места. Они были заставлены книгами, стопками сложенными профессиональными журналами, научными фолиантами, альбомами с произведениями искусства, но на большей части находились разного цвета и объема папки с документами, исследовательскими работами и прочими нужными и ненужными бумагами. Массивный письменный стол, на котором помимо большого количества больничных карт пациентов и иностранных научных журналов, стояли ноутбук и чашечка из саксонского фарфора с недопитым кофе на таком же фарфоровом блюдце.

Подарок одного из состоятельных пациентов в знак благодарности. Раньше этих кофейных пар было шесть, но сейчас осталась только одна, и то на чашечке был небольшой скол, а на ручке маленькая трещинка. Видимо посуда доживала свой век. Слева от профессора на краю стола стояла антикварная настольная лампа с массивным красно-зеленым абажуром.