Мои сто дней Евромайдана. Дневник очевидца

Я был свидетелем грандиозного «шоу» – свержения памятника коммунистического кумира – Ленину на бульваре Шевченко и Бессарабской площади. Это произошло в 18—00. Я в это время находился в Пресс-центре восстания в Мэрии и видел всё это на экране в он-лайн. Минут за десять до этого по КМДА пронёсся слух, что на Бессарабской площади возник инцидент майдановцев с милицией при участии титушек. Туда со всего КМДА ринулись молодые пацаны, лет по восемнадцать-двадцать. Мэрия наполовину опустела. Через некоторое время они вернулись и сообщили, что это была ложная тревога.

А вскоре поступила новость о свержении памятника Ленину. Все присутствующие в Мэрии, а это были большинство из Западной Украины, непомерно обрадовались и ликовали, как при великой победе в их жизни. Настолько коммунисты принесли много вреда их жизни и жизни их предков.

Хочу отметить, что Киев полностью оккупировали (в хорошем смысле) жители Западных областей Украины. Везде было слышно их наречие и ударения в словах, характерное только для них.

Русскоязычных практически не было. Или они стеснялись говорить по-русски, чтобы не быть подверженными насмешек украинцев с Запада.

Через несколько минут я, как и многие из КМДА и других мест Майдана уже были на Бессарабке.

Это место стало ключевым среди событий нескольких последних дней. Десятки корреспондентов и кинооператоров, сотни камер любителей пытались запечатлеть это событие века. Многие даже по лестнице залазили на шестиметровую высоту постамента, чтобы с этой высоты запечатлеть низвергнутого кумира.

И тут внезапно в руках одного из присутствующих появилась огромная кувалда, не менее полпуда весом и он начал стучать ею по гранитному монолиту скульптуры. И отбитые куски гранита тут же исчезали в карманах присутствующих, как память о таком Великом событии.

Воодушевление, с которым молодые Вуйки долбили кувалдой коммунистического кумира, говорило о том, какое особо важное действо они совершают. Они били кувалдой по всей той системе коммунистической власти, которая угнетала их отцов и дедов, а у многих и даже прадедов, гноила их в лагерях и тюрьмах.

Это был акт мщенья сыновей и внуков угнетённых и «закатованных». И каждый, отбив себе кусок этого идола привезёт в своё родное село или город, покажет ещё живым своим предкам и скажет: «Я поквитался за моих замученных коммуняками предков! Вот часть поверженного их кумира, которого я добивал кувалдой после свержения его моими друзьями-земляками.