Книга, рожденная от боли

Действительно, это так, но в каждом рассказе судьба героев, непридуманных, реальных, тех, которые были там, в страшном пекле войны, и тех, которые по-разному ее переживали.

Читателю, как я полагаю, нужно выбрать такой угол зрения, который бы позволил увидеть в повествовании и в людях нечто новое и в то же время общее, подойти к ним так, чтобы они «ожили», заговорили с нами, людьми мирного времени. По-другому нельзя, потому что каждый рассказ Натальи Советной о своем и в то же время о том, что касается всех нас.

В этом, прежде всего, ценность книги «Затаённое слово».

Очень современным и полезным делом будет читать такие книги как раздумье о стойкости человека, живущего в сложнейшем мире нашего противоречивого века, как повествование о людях, терпеливо преодолевающих все необузданные и разрушительные стихии мира в себе и вокруг себя.

Глава «Лётчик» приоткрывает то зашифрованное, «затаённое слово», которым написана вся книга. Писатель Наталья Советная с болью говорит о выстраданном:

«Когда с дымящимся хвостом удирал немец, казалось, вот – свершилось! Мы победили! Когда же уходить приходилось советскому, чувство горькой оставленности травило душу».

А люди жили дальше, верили, не сдавались, приближали победу, окрашенную кроваво-чёрным дымом войны.

Есть строчки, заставляющие вздрогнуть: «Нина прошла в сумрак сарая, протягивая вперед руки, чтобы наощупь найти хатуль, и застыла. Дуло пистолета уткнулось ей в лоб». Для понимания прочитанного все значимо и необходимо в повествовании: каждая деталь, каждое ёмкое слово!

«…Душа жаждала активных действий», – это не пафосная патетика, это тот образ мыслей молодых людей, который складывался, формировался под влиянием увиденного и пережитого в первые дни войны, когда «дуло уткнулось в лоб».

Можно ли привыкнуть к войне? Можно ли научиться жить в состоянии страха?

Наталья Советная даёт ответ и на этот вопрос: «Утренняя свежесть, холодная роса отрезвили девчат. Они хоть и посматривали подозрительно по сторонам, но желанная встреча с советским лётчиком уже не казалась им достижимой реальностью.

Отдалённые звуки артиллерийского боя…пробивались сквозь густую лесную завесу, заставляли тревожно вздрагивать. Жеребёнок беспокойно водил ушами, но уже не взбрыкивал, привык».

Привычка жить в новых условиях, в условиях разрушенного порядка, открывает в каждом человеке новые силы, вырывающиеся на волю стихийно, хаотично, безудержно. В них – источник движения, борьбы, патриотизма – вечной жизни.