Геополитика «мягкой силы»: опыт России

В докладе просчитываются те основные тенденции, которые, по мнению авторов, станут определяющими после преодоления коронавирусного кризиса. Прогнозируется расширение мировой дезинформационной войны; ускорение перебалансировки глобальной экономической мощи с Запада на Восток; усиление Китая как глобального игрока; уменьшение глобального лидерства США; ослабление Евросоюза из-за неспособности обеспечения общеевропейской мобилизации в борьбе с пандемией; выигрыш развивающихся стран – России, Турции и Ирана[40 - See: The Economist Intelligence Unit.

12.05.2020.].

В условиях глобального коронавирусного кризиса особое геополитическое звучание приобретает гуманитарная и гуманистическая составляющая “мягкой силы” – зафиксированная в ныне действующей Концепции внешней политики России задача формирования ценностной основы совместных действий на мировой арене, опоры на общий духовно-нравственный знаменатель, включая такие принципы и понятия, как справедливость, достоинство, честность, милосердие.

Но, к сожалению, эта установка входит в явное противоречие с нынешней коронавирусной действительностью. А может ли вообще духовно-нравственный знаменатель стать стержневой опорой действий в современной остросюжетной мировой политике?

Вопрос скорее риторический, на который нет и быть не может универсального ответа. В нем тесно переплетаются все проблемно-экзистенциальные узлы мировой политики и международных отношений, своими корнями уходящие в извечные социально-философские дихотомии добра и зла, морали и политики, войны и мира.

Здесь срабатывает целый комплекс факторов, связанных непосредственно с особенностями динамики глобальной политики, которые определяются, по мнению аналитиков: 1) идеологическими системами и религиями; 2) политическим сознанием данного исторического периода, этапа (включающим в разных пропорциях уроки практического опыта, образование, а также расхожие истины и предрассудки своего времени); 3) пониманием участниками политического процесса своих интересов (которое может в разной степени определяться факторами как прагматическими, так и чуждыми всякой прагматике); 4) текущим состоянием политико-эмоциональной сферы мирового политического процесса[41 - Мир 2035.

Глобальный прогноз ? под ред. акад. А. А. Дынкина; ИМЭМО им. Е. М. Примакова РАН. М.: Магистр, 2017. С. 23.].