Война глазами дневников

На звериную жестокость к мирному населению райхскомиссара Украины Эриха Коха фюреру жаловался даже рейхсминистр восточных оккупированных территорий обергруппенфюрер СА Альфред Розенберг.

Он считал, что своими действиями Кох усложняет отношения с украинскими националистами, временными попутчиками нацистов. Более того, создает основу для расширения и углубления процесса советского партизанского движения.

А в это время стремительно шли, ехали на колесах и грохотали гусеницами бронетехники по украинской земле по направлению к Москве в куцых мышиного цвета мундирах, обливаясь потом летом сорок первого года «зольдаты» группы армий «Центр».

Они стремились вперед с мыслю фюрера о непременной победе над Россией с обещанием солдатам и офицерам земли под красивые фольварки.

Как говорил поэт:

По выжженной равнине,

За метром метр.

Идут по Украине

Солдаты группы «Центр»…

Они сначала уперлись в Киев, потом в Смоленск. Подкатились на броне к Москве. И тут получился первый облом.

Враг был разгромлен на подступах к Москве. А затем случились Сталинградская битва и Курская дуга. Враг стал задыхаться от подзатыльников, откатываясь, яростно сопротивляясь. Трезвомыслящие немцы понимали, что блицкрига не получилось. Красная армия теперь нацелилась на Германию и все быстрее и увереннее катила к Берлину.

Вот и оправдалась «ошибка» Сталина, что Советская армия будет воевать и добивать врага на его же территории!

Из воспоминаний бригаденфюрера и генерал?майора войск СС Отто Кумма:

«…Отто Кумм с начала войны с Советской Россией командовал 4?м мотопехотным полком СС «Фюрер» в составе дивизии СС «Рейх».

В начале июня 1941 года полк был доставлен по железной дороге в район польского города Люблин – для обеспечения охраны границы с Россией, как нам сказали. Однако в действительности здесь происходило сосредоточение и развертывание войск, что в сочетании с развертыванием тыловой службы могло означать только подготовку к войне с Россией.

Это не могло не вызвать серьезную озабоченность у всякого сознающего свою ответственность здравомыслящего немца.

Принимая во внимание общую военную обстановку, уже тогда нельзя было исключить возникающую для Германии огромную опасность войны на два фронта. Правда, Франция была разгромлена и капитулировала. Но ни в коем случае нельзя было недооценивать военную мощь Англии, для которой усмирение Германии было вопросом жизни и смерти.