Народная история России. Том II. Устои советской диктатуры

243-244]

Чины милиции, дежурные постовые, караульные солдаты и красногвардейцы были обязаны сообщать районным Советам адреса запертых магазинов, в которых горели электрические лампочки. После этого составлялись протоколы. Владельцам и управляющим магазинов выписывались штрафы. Отказывающиеся оплатить штраф добровольно подлежали аресту.[255 - Документы великой пролетарской революции. Том 1. Из протоколов и переписки Военно-революционного комитета Петроградского совета / Составители: Е. Н. Городецкий, И. М.

Разгон, ОГИЗ, Москва, 1938, стр. 243-244]

Несмотря на подобные акции, нехватка электроэнергии в стране давала о себе знать. В конце 1917 – начале 1918 годов в квартирах постоянно отключали электроэнергию. Художник А. Н. Бенуа отметил, что капризы электричества в эту темнейшую пору года действовали убийственно: „Сегодня электричество зажглось в 4 ч., но погасло в семь с половиной, снова зажглось в восемь с четвертью и уже совсем погасло в 10 ч. Я вижу в этом обещание гораздо более серьезных бед.

Темнота действует даже на неисправимый до сих пор оптимизм Акицы. Даже она приуныла.“[256 - Бенуа Александр, Дневник. 1916–1918, Захаров, Москва, 2016, стр. 611]

Тьма в квартирах соединялась с невероятным холодом.[257 - Бенуа Александр, Дневник. 1916–1918, Захаров, Москва, 2016, стр. 612-613] С января 1918 года уличное освещение столицы было также доведено до минимума. Свет подавался через три фонаря на четвёртый. Фонари поздно зажигались и рано тушились.[258 - Новая жизнь.

№ 4 (218). 6 (19) января 1918. стр. 3]

Плата за телефон в результате нехватки электроэнергии тоже резко увеличилась. Пользование телефоном стремительно превратилось в роскошь. В начале 1918 года плата по телефонным счетам достигла 360 рублей в год и продолжала подниматься в цене.[259 - Новая жизнь. № 4 (218). 6 (19) января 1918. стр. 3] Прекращение телефонной связи усилило чувство общественной изоляции.

Перебои с топливом вызывали у граждан всё большие опасения. Керосином в первую очередь обеспечивали армию.

В тылу же снабжение населения керосином было недостаточным. За керосином приходилось долго стоять в очередях.[260 - Воля земли. 24 января 1918, № 8. стр. 3]

Петроградская газета „Наш век“ опубликовала на эту тему характерную заметку. В ней констатировалось, что 12 (25) января 1918 на углу Лермонтовского и Канонерской улицы, у одной из съестных лавок в очереди за керосином стояло несколько сот человек. Когда около 18.