Народная история России. Том II. Устои советской диктатуры

Народ ходил по городу в поисках деревянных предметов и разбирал деревянные заборы на топку.[357 - Филимонов А. В. Псков в 1920–1930-е годы: очерки социально-культурной жизни, Псковская областная типография, Псков, 2005, стр. 169; Финдейзен Н. Ф. Дневники. 1915–1920 / Расшифровка рукописи, исследование, комментирование, подготовка к публикации. М. Л. Космовской, Дмитрий Буланин, СПб., 2016, стр. 260] По свидетельству очевидцев, большим домам было разрешено „питаться“ маленькими деревянными домами и заборами.

Последние исчезали с мгновенной скоростью.[358 - Ходасевич В. М. Портреты словами: Очерки, Бослен, Москва, 2009, стр. 162]

В результате многие старые кварталы и районы городов РСФСР стали совершенно неузнаваемы. Некогда блестящее Царское Село представляло из себя печальную картину. Грязь и пустынные улицы соседствовали с зияющей пустотой сломанных на дрова домов и заборов.[359 - Воронов С. Петроград-Вятка в 1919-20 году // Архив русской революции. Т.1, Терра-Политиздат, Москва, 1991, стр.

254]

Начиная с зимы 1918–1919 года положение в Петрограде, Москве и других крупных центрах перешло в катастрофическую стадию. Деревянные заборы растаскивали по ночам. Массовая ломка деревянных домов на топливо начиналась ещё с осени. Многих жильцов в домах, подлежащих слому, представители властей попросту выставляли на улицу. Организации, получившие орден на слом, приступали к сносу.[360 - Донской. Р. От Москвы до Берлина в 1920 г. Архив русской революции, Т.

1, Терра / Политиздат, Москва 1991, стр. 201]

Один очевидец вспоминал, что как только на улице раздавался грохот падающих балок, население сбегалось и окружало счастливцев, получивших дом. По словам свидетеля, каждый норовил утащить хоть несколько щепок: „Наблюдающий за сломом милиционер строго следил, чтобы дом достался именно тем, кто имел на него ордер и время от времени стрелял для острастки в воздух и тогда толпа сразу рассыпалась. А через минуту она уже снова была на месте и высматривала плохо лежащие щепки и чурбаны.

“[361 - Донской. Р. От Москвы до Берлина в 1920 г. Архив русской революции, Т.1, Терра / Политиздат, Москва 1991, стр. 201]

Топливный вопрос имел свою региональную специфику. Он сильно зависел от богатства природных ресурсовв регионе, изобретательности местной администрации, или отсутствия таковой. Мемуарист З. Ю. Арбатов вспоминал, как борьба с топливным кризисом происходила Екатеринославе.