Авиталь и ее отец

А скажи-ка, Авиталь, ты и горы можешь слышать, они тоже разговаривают, как трава и деревья?

– Нет, Халис, горы разговаривать не умеют. А, может, и умеют, но так тихо, что слова их ушей моих не достигают. Зато горы думают громко.

– И тебе их мысли ведомы? – усмехнулся Халис.

– Конечно! Вот давай перейдем на другой холм, оттуда увидим Хермон. Он быстро заметит нас. Он знает, что я понимаю его, сразу станет размышлять, и я тебе расскажу, о чем его думы.

Авиталь и Халис спустились с холма, поднялись на другой.

Перед ними вдали возникла огромной величины гора.

– Он заметил меня! – вскричала Авиталь, – сейчас станет думать.

– Я пока присяду, успею отдохнуть.

– Хермон думает о плохом. Будет война.

– Какая война?

– Иудеев с аммонитянами, а, может, и иудеев с иудеями.

– Кто победит? Что думает твой Хермон?

– Хермон думает, что он не знает, кто победит.

– Зато я знаю, дочка. Никто не победит. Не бывает победителей в войнах – так уж войны устроены.

Ифтах другого мнения?

– Другого.

Глава 2

1

Четырнадцатилетняя Авиталь не довольствовалась, как прежде, балагурством с деревьями, травами и цветами и уж наперед ведала, о чем думают горы. Ей хотелось проникнуть в историю семьи.

Почему горячо любимые матушка и батюшка живут с нею не в городе, а в горах? Зачем отец вечно воюет, и разве война лучше мира? Что это за фигурки из кости, которые мать так любит перебирать?

Авиталь казалось, что все эти странности связаны между собою в один тугой узел.

Развязавши его, она получит ответы на свои вопросы, и рассеются недоумения. Она уже почти взрослая, и пора ей знать семейные секреты, а в том, что имеются таковые, сомнений у девицы не было. Да и в самом деле: тайна чревата бедой, она как плотно закрытый кипящий котел – разорвется и кипятком ошпарит.

О притязаниях своих на осведомленность Авиталь решительно заявила отцу с матерью. Сара и Ифтах, посовещавшись, решили, что, пожалуй, права дочка, и пора открыться.

Ведь где есть загадка, там и до обмана недалеко. Назначено было время семейной беседы. Ифтах, занятый по горло важными военными делами, припозднился.

Мать и дочь начали разговор, не дожидаясь прихода отца. Решили: как появится глава семьи, так и скажет свое значительное слово. Приготовленный заранее ужин Халис держал на малом огне. Так уж заведено: сперва едят мужчины, а уж потом женщины. Стало быть, трапеза откладывается до возвращения Ифтаха.