Ничья

– Возмутительное бездействие высшей власти! – гневно, но при этом вполне самокритично констатировал номер первый, – корова ничего не требует от быка, баран не платит овце, лишь дрорская распутница наряжается на последние деньги бургандского труженика, только она отдает себя внаймы!

– Профессор, изучены ли свойства шедов? Не считаете ли вы, что необходимо закрыть веселые заведения и покончить с постыдной баталой? – спросил глава Совета.

– Да, мы изучили особенности шедов и считаем неправильным прекращать деятельность веселых заведений и останавливать баталу.

И вот по какой причине. Наши исследователи установили, что недоступные людскому взору шеды способны к деятельности, результаты которой весьма зримы и вполне могут быть нам полезны. Эти существа легко поддаются обучению.

– Любопытно, откуда возьмется наставник для обучения невидимок? – проявил нетерпение глава Совета.

– Поясняю. В Лаборатории Верховной Демонологии сделано принципиально важное открытие.

Оказывается, у шедов имеется царь, Асмодай его имя, который обучает и направляет своих подданных.

– Какой толк простому народу Бургандии от всей вашей ученой чертовщины? – недружелюбно вмешался номер первый.

– Употребление ненаучных выражений не способствует получению положительных результатов дискуссии, – бросил в пространство глава Совета, – пожалуйста, продолжайте, профессор.

– Идеологический Отдел Института установил, что отношение Асмодая к бург-идеологии абсолютно лояльно, и царь шедов готов сотрудничать с нами.

Привлечение Асмодая к совместной деятельности выходит за рамки компетенции вверенной мне епархии. На этом я заканчиваю. Благодарю за внимание.

– Спасибо, профессор. Ваше сообщение об открытиях Государственного Института … ах, простите, Института Государственной Демонологии будет включено в секретный протокол, прилагаемый к стенографическому отчету Ассамблеи, – подвел итог глава Совета.

– Не спи, вставай кудрявая! – прорезал солидную атмосферу зала совершенно неожиданный возглас.

– В чем дело? – недовольно осведомился глава Совета.

– Ничего особенного, начальник. Просто мой пациент, если голоден, просыпается с этим кличем, – крикнул в ответ медбрат, сотрудник Службы Государственной Стабильности, хлопотавший у постели члена Ассамблеи, доставленного на заседание из лечебного учреждения, – я покормлю больного жидкой манной кашей, и он снова уснет.