Поющие золотые птицы. Рассказы о хасидах

И тот и другой обзавелись богатыми домами, у каждого свой выезд. Прислуга. Дети под присмотром лучших наставников и учителей. Жены сверкают бриллиантами. Преуспеяние стало обыденностью. Но вот беда: привычка к благополучию – наихудшая привычка.

Дела о податях в царскую казну ведет Шимшон. Все в полном порядке: нижайшие ходатайства сделаны, высокие разрешения получены, печати, где надо, поставлены, бумаги выправлены и хранятся в железном шкафу в общей с Менахемом конторе. А уж если где и обошли казну, то и тогда все устроено так, что комар носа не подточит.

Шимшон умеет с царскими чиновниками обходиться и знает к ним особый подход. Никакой ревизор не страшен.

Люди, как известно, злы и завистливы. А новым богачам и выскочкам, вообще не дают спуску. Как гром среди ясного неба пришла нежданная беда. Шимшон был в отлучке – продавал товар, а к Менахему в дом, гремя тяжелыми сапогами, явился жандарм. Страж закона объявил, что на Шимшона поступил донос о недоимках, и он арестован и находится в тюрьме, и видеть его нельзя.

Через неделю-другую состоится суд, и Менахем должен свидетельствовать и предъявить документы, если таковые имеются, об уплате податей в казну.

Тяжелые мысли роятся в голове у Менахема. “Почему подозревают Шимшона? Нет дыма без огня. А что если и вправду тот обманывает? Не казну, не в ней дело, а меня. Если прибыли пополам, то почему у него такая роскошная карета, моей не чета? А новая заграничная обстановка в комнатах? У меня такой нет.

А невиданной величины бриллианты у Ханы в ушах? Этому надо положить конец”, – думает Менахем. Другой день – другие думы: “Да ведь между нами полное доверие. Прочь надо гнать грязные мысли! Их будит былая ревность. Друга надо выручать”. Тут во второй раз приснился Менахему сон о кошке с мышонком.

Настал день суда, и опять явился грубый жандарм и увел Менахема давать свидетельство. И сказал Менахем судебному чиновнику, что открыл он железный шкаф, и пусто в нем, и нет ни каких бумаг, и нечего предъявить суду.

Осудили Шимшона за мошенничество и определили ему жить в ссылке много лет.

***

Вернулся Менахем после суда домой, и души в нем нет. Что натворил! Предал друга и компаньона! Хана теперь, как вдова при живом муже. Она и в делах ничего не понимает. Как ей жить, бедной? Тут во второй раз привиделся ему сон, будто ест он соль большой ложкой. Сколь велик грех, столь велико желание его искупить.