Благородный дикарь

– Что правда, то правда, – подтвердила его сестра.

Джульет заметила, что герцог по-прежнему наблюдает за ней и на губах его играет все та же едва заметная усмешка, от которой становилось не по себе, и, пытаясь игнорировать этот загадочный взгляд, спросила:

– Кстати, как себя чувствует лорд Гаррет?

– Он немного ослаб от потери крови и хорошей порции ирландского виски, а в остальном чувствует себя вполне сносно. Таков уж он, наш Гаррет, – сказал Эндрю, одним глотком допив остатки бренди.

 – Знаете, жители деревни называют его Дикарем за бесшабашные поступки. Не далее как на прошлой неделе он вот что придумал: его приятели, такие же шалопаи, изобразили живую пирамиду на деревенском лугу, а он на своем Крестоносце перепрыгнул через нее и выиграл кучу денег: народ делал ставки, – а на позапрошлой неделе…

– Довольно, Эндрю! – резко оборвал его герцог, расправляя плечи.

– Послушай, Люс, даже ты не можешь не признать, что было безумно весело, когда они напоили поросенка миссис Доркин.

– Это было вовсе не «безумно весело», как ты выразился, а невероятно глупо. Особенно если учесть, что успел натворить поросенок.

Нерисса, склонив голову, чтобы не рассмеяться, с преувеличенным вниманием рассматривала один за другим крошечные пальчики Шарлотты.

– Но сегодняшний поступок превосходит все остальное, – никак не унимался Эндрю. – Кто бы мог подумать, что Гаррет у нас герой, а, Люс?

– Да, ты прав: никто и подумать не мог, что Гаррет вообще способен хоть на что-нибудь стоящее, – загадочно пробормотал герцог, допивая остатки бренди.

 – А теперь, с вашего позволения, я должен кого-то отправить в Рейвенском: надо позаботиться о несчастных пассажирах дилижанса, а также разобраться с разбойником, хотя об этом следовало подумать вашему брату: ваш багаж в дилижансе, мисс Пейдж?

– Да, но я думаю, мне лучше уйти.

– А я думаю, что вам следует отдохнуть, прежде чем принимать решение, – возразил он с возмутительной доброжелательностью.

 – Уверен, что неожиданная встреча с младшим братом Чарльза, тем более при таких драматических обстоятельствах, не способствовала вашему душевному равновесию.

Он улыбался, но за этой странной улыбкой скрывалось что-то такое, чего она не понимала. Его черные глаза продолжали внимательно наблюдать за ней, и от такого пристального внимания у нее сжималось все внутри. Пожалуй, слишком.