С наступлением темноты

Двое парней провели меня по освещенным светлым коридорам, стены которого были украшены картинами разных стилей: барокко, классицизм и немного импрессионизма. Странный вкус у владельца.

Дойдя до двери, я думал, что они зайдут вместе со мной, из-за чего успел сильно понервничать, но нет, они остановились и ждали.

– Вы можете идти, – сказал я, приоткрывая дверь.

Тишина. Молчат, засранцы.

– Ну и ладно, – с этими словами я зашел внутрь и запер дверь.

Ванная была небольшой, но куда более уютной, чем та, что мне предлагали в общежитии.

Стены белые, где-то виднелись золотые узоры. На одной из полок лежала чистая одежда. Это навело меня на мысль посмотреться в зеркало, что я и сделал.

Увидев свое отражение, я чуть было не вскрикнул. Когда меня так жизнь успела помотать?! Соленые волосы, прилипшие ко лбу, еще можно понять. Но откуда столько грязи на лице и одежде? (Это хорошо видно, так как на мне светло-голубая рубашка и белая футболка). Неловко, если Элиза с Ланой застали меня в таком виде.

Отмывшись под теплой водой, я принялся за одежду. Мне дали черную рубашку и белые брюки. Одетый и умытый, я вышел из ванной. Двое парней все еще стояли здесь, видимо, так и не сдвинулись с места. Потом они молча повели меня дальше по коридорам. В итоге мы пришли в просторное помещение, похожее на столовую. За длинным ухоженным столом сидел один лишь хозяин и ждал меня. Я присел рядом с ним и стража – наконец-то! – ушла.

Накрыто было множество блюд: от жареного мяса до салата с креветками.

Странно, но от вида этой всей богатой еды меня начало подташнивать. Аппетит просто пропал. Это точно были не ядовитые яблоки?

– Бери еду, не стесняйся, – сказал Рональд, взяв хлеб к мясу.

– Спасибо, водой обойдусь, – я налил себе в стакан немного воды.

– Что же? Неужели, ты не проголодался?

– Видимо, так сработал удар по голове, от которого я до сих пор не могу найти. Кстати, о этом. Зачем Вы сначала держали меня в подвале, если могли принести в гостиную?

Он прекратил жевать.

– Я вовсе не хотел навредить тебе, Руэн. Просто знаю существо, живущее внутри тебя, и то, насколько оно опасно.

– Вы не рентген, чтобы меня насквозь видеть.

– Я вижу не кости и не органы. Я вижу твою душу.

– Плохо видите. Моя душа уже час молит об освобождении.

Я начал его раздражать; он нахмурился. Скоро выйду на чистую воду.

Но вдруг мужчина поправил галстук и, на мое удивление, сказал:

– Твоя душа требует остаться здесь.