Действуй, мозг! Квантовая модель разума

Учение Августина сосредоточено на самых сложных феноменах мозга, объединенных им в понятие «душа».

Анатомия головного мозга, различение нервов и сухожилий, детальное устройство органов чувств теолога не интересовали. Эти мелочи относятся к телу и могут, вообще говоря, изменяться для нужд души и по воле всемогущего Творца.

Поэтому, сколько бы медицинских фактов ни откапывали и ни описывали врачи (Августин, конечно, был знаком с трудами Галена), ядро учения – концепция души – остаётся в неприкосновенности.

8 или 80 пар черепно-мозговых нервов у человека, 5 чувств у него или 25 – не важно. Важно, что они служат потребностям личности – гармоничной ассоциации любящей души и её разумной части, включающей память и интеллект.

В наши дни над отвлеченными спорами фанатов науки и креационистов Августин бы посмеялся.

Какая разница – как и почему возник человеческий глаз? Бог, если нужно, легко сделает часовщика зрячим. Не в этой частности дело. Задача в том, чтобы дать глубокое объяснение сложности человеческого поведения.

Учение о душе, прежде всего, рассказывает о человеке, а не о Боге. Оно, хоть и касается эсхатологических вопросов, центрируется на обывателе, его практических нуждах. Гипотеза Августина – убедительный пример системного антропологического подхода.

Августин в нюансах оказался дотошнее, чем Аристотель, и мыслил шире, чем Платон.

Догадка о существовании души возникла на заре человеческой цивилизации. Её автора мы, вероятно, никогда не узнаем.

Но никто из последующих мыслителей, за исключением Блаженного Августина, не сумел создать столь тщательно проработанную теорию мозга.

Благодаря новому, как сказали бы раньше, диалектическому, уровню осмысления самого процесса мышления и его продуктов он смог не только точнее описать сформулированными другими философами дихотомии, но и органично их соединить.

В его изложении мозг – не как орган тела, а как орган познания – поднимается со ступени телесного придатка на высоту излучаемого душой «умственного света».

Эмоции отчётливо разъединены и одновременно сочетаются в разнообразные духовно-телесные альянсы. Которые, в свою очередь, являются частью неповторимой человеческой индивидуальности.

Быть может, впервые человек, анализируя и оценивая работу собственного мозга, сделал допущение об общей природе т.н. «идеального» и т.н. «материального» и, не вступая в противоречие ни с одним имеющимся фактом, написал грандиозную картину человеческого ума.