Казаки. Осознание себя. Казаки, Церковь и политика

В то время, когда знаменитая на весь Божий мир Русская Армия усилиями истерически больных главковерхов была разложена, на Дону талантливыми заботами Донского Атамана была создана Донская Армия, сослужившая столь великую службу Народу Русскому в борьбе с большевиками.

Та Армия, за спиной которой на том же Дону, а затем на Кубани выросла и окрепла грозная сила Армии Добровольческой, которая в победоносных подвигах своих едва не достигла Москвы. И достигла бы, «если в момент объединения Добровольческой и Донской Армий главное командование предоставлено было генералу Краснову».

Но этого не было, этого не захотели союзники. В своих собственных интересах и во вред интересам русского народа они «категорически потребовали ухода Краснова и объединения Армии под начальством Деникина». Результат не замедлил обнаружиться. Вынужденный обстоятельствами Генерал Краснов должен был принять отставку и уйти с поста Донского Атамана. Вскоре же по всему фронту Добровольческой и Донской Армии началось отступление, приведшее Россию к берегам Черного моря, а затем к бегству в заморские края».

Гермоген здесь напомнил донцам про страшную язву деникинщины. Как известно, Деникин монархистом не был. Он не возражал против демократических начал, но его идеалом была централизованная модель демократии, то есть более-менее формальная модель с сильным центром и слабыми регионами. Деникин ненавидел Казачью государственность. В 1944 году П. Н. Краснов писал о том, что Русская республика ВСЕГДА будет несправедлива к казакам.

И упомянул в этой связи, как деникинская власть «убивала рябоволов, вешала калабуховых». Монарх же российский будет (как минимум) связан сохранявшимся при его предках особым статусом Области Войска Донского и ряда других казачьих областей.

Так думал Краснов, так думал и Гермоген. Итак, монархизм – в противовес деникинщине! И, по идее, покуда был жив атаман Краснов, он являлся действенным гарантом Донской Конституции перед лицом нового царя, обязанного ему Престолом.

А дальше Гермоген напомнил донцам про печальную современность: «У нас нет больше юртовых наделов, они переданы коммунистам, а казаки, оставшиеся ещё на Дону, выселены в северные пределы России, чтобы там навсегда исчезло даже самое имя казака.

Вы изгнанники в чужих землях, разбросанные по белу свету. Вы влачите жалкое существование бездомных прихлебателей. Вас нигде не жалеют; вам не дают даже подчас работы, чтобы честным трудом поддержать свою сиротливую жизнь.