ПолитиКант. Метафизика семьи, государства и частной собственности

С психологической стороны это прокомментировал Карл Густав Юнг:

Разумеется, Эрос присутствует всегда и везде; разумеется, инстинкт власти пронизывает все самое высокое и самое низкое в душе, однако душа есть не только одно или другое или – если угодно – и то и другое вместе, душа есть также то, что она из этого сделала или будет делать.

С общественной стороны это прокомментировал Жан-Поль Сартр:

Важно не то, что с нами делают. Важно, что мы сами сделаем с тем, что сделали с нами.

Не столь важно отличить в людях физическое от общественного, сколь важно отличить в них физическое от метафизического.

Для начала заметим, что того и другого выдано нам не поровну.

Для иного наблюдателя все явления жизни проходят в самой трогательной простоте, и до того понятны, что и думать не о чем, смотреть даже не на что и не стоит. Другого же наблюдателя те же самые явления до того иной раз озаботят, что (случается даже и нередко) – не в силах, наконец, их обобщить и упростить, вытянуть в прямую линию и на том успокоиться, – он прибегает к другого рода упрощению и просто-запросто сажает себе пулю в лоб, чтоб погасить свой измученный ум вместе со всеми вопросами разом.

Это только две противоположности, но между ними помещается весь наличный смысл человеческий. Но, разумеется, никогда нам не исчерпать всего явления, не добраться до конца и начала его. Нам знакомо одно лишь насущное видимо-текущее, да и то по наглядке, а концы и начала – это все еще пока для человека фантастическое.

Ф. М. Достоевский «Дневник писателя»

…никогда нам не исчерпать всего явления, не добраться до конца и начала его. Самосознание и самолюбие человека связаны не только с его положением в обществе, но и в мироздании. Трагическое неведение о мире как Целом, Цельном и Целесообразном, где были бы ясно различимы Добро и Зло; случайность и незначительность личности в человеческой массе и быстрой смене поколений, как и малость всего рода людского в Пространстве и Времени – всё это удручает и унижает Личность, которой, как воздух, необходимо достойное созерцание.

Интеллигенции это сознание дано сильнее, чем аристократии и народу. Мужчинам сильнее, чем женщинам. Здесь много исторически-условного. Для Льва Толстого интеллигенция и аристократия были тождественны.

Для Пьера, воспитанного за границей, этот вечер Анны Павловны был первый, который он видел в России.