Большие перемены

Что, если бы на месте этой девочки оказалась Валерия или Джессика, не приведи Господь? Что бы тогда она чувствовала? Мел содрогнулась при этой мысли и наконец полностью осознала реакцию Питера Галлама. Ее почему-то очень волновала предстоящая встреча: каким человеком он окажется – приятным, с которым легко работать, или эгоцентричным? По телефону он показался ей вполне адекватным, но по опыту она знала, что большинство светил медицины отличались амбициозностью и скверным характером. Пусть они еще не встречались, но он уже вызвал у нее глубокое уважение, откликнувшись на просьбу помочь Патти Лу Джонс.

– У тебя усталый вид, – заметила Джессика.

– Я действительно совершенно вымоталась.

– Во сколько ты завтра уезжаешь?

Девочки привыкли к ее творческим командировкам, да и Ракель им спуску не давала.

– Я должна выехать не позже половины седьмого. Наш рейс в девять, но мне еще надо встретить телевизионщиков у дома Джонсов.

Обе девочки состроили сочувствующие гримасы, и Мел улыбнулась:

– Не всегда моя работа так романтична, как кажется, да?

– Можешь не уточнять, – вздохнула Вал.

Обе девочки знали, какой тяжелой, а порой и опасной, была ее работа: приходилось снимать и в морозы, и под проливным дождем в далеких джунглях, не говоря уже о политических акциях и других происшествиях, пострашнее. Они уважали ее за это, но ни в коем случае не завидовали и не стремилась к такой карьере.

После ужина Мел поднялась сразу к себе, уложила сумку для поездки на Западное побережье и рано легла спать, но как только выключила свет, позвонил Грант и поинтересовался, помог ли ей список докторов.

– Никто из них не пожелал в этом участвовать, но справочный отдел дал мне номер телефона Питера Галлама. Я позвонила ему в Лос-Анджелес, и мы летим туда завтра утром.

– Кто «мы», ты и ребенок? – удивился Грант.

– Нет, еще ее мать, медсестра, телевизионная бригада.

– Вы что, решили из операции устроить цирк?

– Вот то же самое мне сказал Питер Галлам.

– Тем более удивительно, что он согласился в этом участвовать.

– На своих условиях.

– И каких же? В рекламе он не нуждается. Он разрешил вести съемку операции?

– В том-то и дело, нет, но пообещал потом дать мне интервью. Как знать: может, он передумает, когда мы окажемся там…

– Сомневаюсь, но все же позвони мне, детка, когда вернешься, и постарайся ни во что не ввязываться.

Это было его обычное предупреждение, и она улыбнулась, выключая свет.