Голос сердца

 – От руководства телекомпании известий не было?

Он направил им некоторые новые идеи относительно дальнейшего развития сериала и ждал ответа, хотя знал, что руководство, конечно же, разрешит ему действовать по своему усмотрению.

– Еще нет. По-моему, Леланд Харрис и Натан Стейнберг куда-то уехали.

Это были боги, от которых зависела его жизнь, – всеведущие, всесильные, всевидящие. С Натаном Билл время от времени ездил на рыбалку, и хотя бытовало мнение, что он прохвост, в общем-то, любил его и не мог пожаловаться на плохое к себе отношение.

– Вы сегодня уйдете пораньше? – с надеждой взглянула на него Бетси.

Иногда, когда приходил в офис на рассвете, Билл уходил около пяти, но это случалось редко, и теперь он только покачал головой и направился в противоположный угол кабинета, к письменному столу, рядом с которым на отдельном столике помещалась его старая пишущая машинка фирмы «Роял» – одна из немногих вещей, оставшихся от отца.

– Я, наверное, еще останусь. – Написанное сегодня утром сработало, а это значит – им придется вносить много изменений в следующие серии.

 – Роль Барнеса придется полностью вычеркнуть. Мы его просто убили. Воун теперь грозит тюрьма, не говоря о том, что у Хелен наконец-то открываются глаза на Джона. Еще немного, и она узнает, что ее младшая сестра благодаря ее дорогому муженьку пристрастилась к наркотикам и стала лгуньей.

Билл удовлетворенно улыбался, вытянув ноги под письменным столом, откинувшись на спинку кресла и заложив руки за голову. Он был доволен и расслаблен.

– Вы просто помешаны на своем сериале. – Бетси надулась и вышла из кабинета, но тут же опять просунула в дверь голову: – Заказать вам что-нибудь из столовой на вечер?

– Господи… теперь я знаю, что ты хочешь отравить меня. Оставь на своем столе пару сандвичей и термос с кофе. Я возьму, когда проголодаюсь.

Но чаще всего Билл вспоминал о времени лишь к полуночи и тогда уже не хотел есть. Бетси часто удивлялась, как он не умирает с голоду, когда утром обнаруживала в кабинете полные окурков пепельницы, дюжину чашек с недопитым кофе и с полдюжины разбросанных оберток от сникерсов.

– Вы бы поехали домой и поспали.

– Спасибо, мамуля, – ухмыльнулся Билл, а Бетси снова закрыла дверь.

Она была замечательная особа, и Билл очень ценил ее.

Он все еще улыбался, думая о Бетси, когда дверь снова открылась. Билл поднял глаза и увидел Сильвию в костюме и гриме.

У него всегда захватывало дух от ее потрясающей внешности.