День рождения

Он неизменно становился поводом для расстройства: ведь что ни говори, а несмотря на успех и славу, у нее не было мужчины, с которым можно было бы разделить радость этого дня. Ни любовника, ни мужа. Дочь всегда слишком занята работой, и ее никуда не вытащить, ни в кино, ни в ресторан. Впрочем, Валери меньше всего хотелось объявлять друзьям свой настоящий возраст, и она намеревалась провести этот вечер в одиночестве дома, в собственной постели.

Валери быстро поднялась на крыльцо, едва не оступившись на выщербленной ступеньке, и нажала кнопку домофона.

Под звонком значилось имя: Алан Стар. Валери обычно приходила сюда два раза в год, а между посещениями частенько звонила Алану по телефону, чтобы поднять настроение или развеять скуку. В ответ на ее звонок в холодном ноябрьском воздухе прозвучал знакомый голос:

– Дорогая, это ты? – В голосе слышалась искренняя радость, и возникало ощущение, будто его обладатель действительно счастлив слышать и видеть ее.

– Это я, – подтвердила Валери, и ей открыли.

Она толкнула массивную дверь и торопливо поднялась по лестнице на второй этаж. Здание было старым и выглядело несколько обветшалым, но внутри было чисто. Алан ждал ее на пороге открытой двери и, широко улыбаясь, распахнул ей объятия. Это был высокий красивый мужчина лет сорока с небольшим. Пронзительные голубые глаза, длинные, до плеч, каштановые волосы. Несмотря на непрезентабельный адрес, хозяин квартиры был довольно широко известен в определенных кругах.

– С днем рождения! – поздравил он, прижимая Валери к себе, и улыбнулся, демонстрируя искреннюю радость от встречи с ней.

Валери отстранилась от него и с недовольным и одновременно несчастным видом посмотрела на своего визави.

– Замолчи! Какой-то засранец на радио раззвонил всему свету про мой день рождения и сообщил, сколько мне лет. – Валери еле сдерживала слезы. Вздохнув, она шагнула в знакомую гостиную, где стояли несколько огромных скульптурных изображений Будды и мраморная статуя Кван Иня; а между белыми диванчиками примостился черный лакированный кофейный столик.

В комнате висел густой запах ладана.

– А с какой стати тебе переживать по этому поводу? Можно подумать, ты выглядишь на свои годы! Это всего лишь цифры, моя дорогая, – заверил ее Алан, пока Валери снимала пальто, а затем бросила его на диван.

– Представь себе, а я переживаю. И что хуже всего, мне действительно столько лет. У меня такое ощущение, будто я прожила не меньше столетия.