Французские каникулы

Роберт наклонился к Энн и, обняв за талию, вполголоса пожелал в новом году всего самого прекрасного и доброго. Паскаль, обойдя стол, звонко чмокнула в щеку Джона. Вокруг него все еще плавали пласты дыма от сигары, но Паскаль ничего не имела против табачного привкуса, который она ощутила, когда в ответ Джон поцеловал ее в губы с несколько большим пылом, чем она ожидала. Несмотря на громкие перепалки, их брак был таким же крепким, как у остальных, а чувства – даже более горячими, поскольку у них не было детей, которые бы отвлекали Паскаль и Джона друг от друга.

– Скорей бы уж наступал этот август! – воскликнула она, когда Джон наконец выпустил ее из объятий. – Я уверена – это будет что-то совершенно фантастическое, непередаваемое, волшебное!

– В противном случае нам придется просто тебя убить, – заметил ее супруг. – Ведь это была твоя идея. Так что уж постарайся – найди нам дом получше. Заранее предупреждаю: я не потерплю никаких полуразвалившихся бунгало с клопами и тараканами, которые твои соотечественники имеют обыкновение выдавать за отели первого класса.

Разузнай все получше, дорогая, чтобы не рисковать своей жизнью.

– Обещаю, что найду лучший дом во всем Сен-Тропе! – с горячностью воскликнула Паскаль и уселась мужу на колени. Новый год они встретили и могли теперь вернуться к обсуждению своих планов на будущее. Пока не было ничего конкретного, что стоило бы обсудить, однако все шестеро были уверены, что прекрасно отдохнут в Сен-Тропе.

И это действительно была превосходная идея – самая подходящая для встречи Нового года.

Глава 2

В следующий раз вся шестерка собралась две недели спустя у Джона и Паскаль в Вест-Cайде. Вечер выдался холодный и дождливый, однако и Смиты, и Моррисоны прибыли вовремя. Оставив в прихожей мокрые плащи и зонтики, они вошли в гостиную и с интересом огляделись.

Убранство квартиры Донелли всегда отличалось экстравагантностью, к тому же оно часто менялось. Повсюду на стенах висели африканские маски, стояли современные скульптуры и лежали антикварные безделушки, привезенные Паскаль из Франции.

Полы были устланы настоящими персидскими коврами, которые стоили целое состояние, а на огромном комоде красного дерева громоздились сувениры из разных экзотических стран, в которых Паскаль побывала с балетной труппой. Среди них были даже русская матрешка и самовар, который ей подарили после выступления в Большом театре в Москве.