Горький мед

Обстановка на рынке требовала дополнительных маркетинговых исследований, к тому же с двумя крупными клиентами, недавно обратившимися в фирму, тоже надо было кому-то работать, а из опытных людей в строю остался только он: двое старших менеджеров внезапно заболели, а один попросил расчет.

– Действительно, жаль, – просто сказала Глэдис. – Знаешь, я сегодня встретила Мэйбл. Они с Джеффом собираются в Европу на полтора месяца.

Она хорошо знала, что заговаривать об этом с Дугом бесполезно – во-первых, однажды он уже совершенно недвусмысленно высказался по этому поводу, а переубедить его было практически невозможно, а во-вторых, менять их планы на лето было все равно уже поздно.

И все же она не удержалась и добавила:

– Вот было бы здорово, если бы будущим летом мы тоже смогли поехать!

– Давай не будем начинать все сначала! – брюзгливо отозвался Дуг. – Я впервые попал в Европу только после того, как закончил колледж. Наши дети тоже вполне могут подождать пару лет – их это не убьет.

Кроме того, для такой большой семьи, как наша, подобная поездка обойдется довольно дорого.

– Но мы, наверное, могли бы себе это позволить, Дуг, – возразила Глэдис. – Во всяком случае, я не могу говорить детям, что нам это не по карману, ведь это будет неправдой!

Она не осмелилась напомнить ему о том, что ее родители чуть не с младенческого возраста возили ее по всему миру. Отец Глэдис – куда бы он ни отправлялся по заданию редакции – обязательно вызывал к себе жену, когда у нее был отпуск.

Таким образом уже к пятнадцати годам Глэдис объездила чуть ли не весь мир. Эти совместные путешествия были незабываемы. Ей очень хотелось, чтобы и детей тоже объединяло нечто подобное.

– Мне нравилось путешествовать с родителями, – робко промолвила она наконец, и взгляд Дугласа сразу же стал колючим.

– Если бы у твоего отца была нормальная работа, ты тоже не попала бы в Европу так рано, – раздраженно бросил он. Дуг очень не любил, когда Глэдис начинала, по его собственному выражению, «давить» на него.

– Ты не прав, Дуг! У моего отца была нормальная работа, не хуже и не лучше других, – возразила Глэдис. – Во всяком случае, он работал больше, чем мы с тобой.

«Чем ты сейчас», – хотелось ей добавить, но она сдержалась. Джек Уильямс был в этом отношении совершенно удивительным человеком. Он обладал колоссальной трудоспособностью и безграничным терпением, что в конечном итоге и помогло ему добиться столь многого.