Притворная дама его величества

Я мрачно вышла и, зачерпнув немного чистого снега, «помыла» руки. Скверно… конечно, может, это тело и привыкло к подобной антисанитарии – а если нет?

Неудобства, голод, вот обратная сторона той красоты, на которую в моем мире тратили огромные деньги. Реконструкторы, странный народ, из них часть не знает, куда деньги девать, часть делает все своими руками, самые ненормальные берут на это кредиты. Я была в доле в таком магазине, правда, недолго – забрала деньги, когда поняла, что прогорит этот бизнес скорее, чем мы сможем его окупить.

Размерная сетка – беспощадная вещь, тридцать тысяч – купить, пять – прокат на сутки и плюс залог, желающих исчезающе мало…

Прежде чем создавать иллюзию, познай истину.

Впрочем, все это философия, которой я могу заняться позже. Сейчас же я хотела есть, а подходить к хозяйке было рискованно. Я не имела понятия, сколько денег могу заработать. Но я ведь могу попробовать заработать?

– Может, я могу что-то сделать? – спросила я.

Хозяйка пожала плечами, но, подумав, швырнула мне противную даже на вид тряпку.

– Протри столы, лавки, там вон с ночи осталось. Так не ототрешь, ведро возьми.

Никогда в жизни я не боялась труда и никогда не осуждала тех, кто честно зарабатывает себе на хлеб. Неважно, каким путем – убирая общественный туалет или снимая видео про косметику. Находятся те, кто готов за это платить? Нет вопросов. Но никогда в жизни я не подозревала, что тяжелее тюков с уродливой одеждой из дешевой синтетики.

Я говорила себе: это работа. И старалась не смотреть, что именно за пятно я оттираю. Это делают уборщицы и санитарки, я ничем не лучше их, разве что умнее и успешнее. Но где теперь мой ум и успех? И на секунду я даже подумала, не лучше ли мне согласиться на королевский двор?

Нет, не лучше. Это сейчас, когда я пытаюсь оттереть отвратительные следы со скамейки и пола, мне кажется, что альтернатива не хуже. Очень скоро я изменю свое мнение, когда окажется, что я завишу не только от честности того, кто мне платит, но и от умения врача.

Я макала тряпку, которой мало что могло помочь, в омерзительную уже воду, выжимала ее, оттирала грязь снова. Тело болело – эта девица не привыкла к такому труду, и руки ломило от ледяной воды. Но хотя бы ноги немного отошли от вчерашней пытки.

– Ну, расстаралась, – услышала я голос хозяйки. – Сегодня же снова так же будет. Иди-ка поешь.